Книга Пламя в цепях, страница 41 – Джулия Вольмут

Кстати, о некоем человеке… Только я зашла в квартиру, сразу же столкнулась с Джоном Голдманом. Будто в насмешку, он одновременно со мной открыл дверь: я – входную, он – из ванной. Капли воды стекали по его мускулистой груди, утопая в крае белоснежного полотенца. Захотелось окунуть лицо в ледяную воду – кожа нестерпимо горела.

Клоун побрился! И выглядел словно звезда из рекламного ролика о дорогом парфюме или как главный герой тех горячих книг с полки Астрид. Его идеально гладкие острые скулы напомнили о мужчине, который сегодня довел меня до предела. О мужчине, которого я спутала с Джоном. Сглотнув, я прикусила внутреннюю сторону щеки, а потом резко разжала зубы. Меж бедер запульсировало тепло. Что со мной?! Недавно я пережила пять часов непрерывного полового акта. И снова… хочу… его?!

– Все нормально, Патриция? – спросил Джон.

Он не назвал меня ни Кошечкой, ни другим идиотским прозвищем, не усмехнулся, не пошутил, а значит, я выглядела паршиво. Или подозрительно. Или все вместе.

Я помотала головой.

– Нормально, – ответила, вздернув подбородок. – Прикройся, бога ради. Ты живешь не один.

Теперь он усмехнулся. Дьявольски. Сексуально.

– Извини, Кошечка, не знал, что мой вид настолько шокирует. – Джон причесал пальцами потемневшие от воды пряди. Несколько секунд я пялилась на его сильные руки…

– Да, Клоун. Оденься. – Я уставилась в стену. – Или весь день будешь ходить в этой… набедренной повязке?

– Мне нравится идея! – рассмеялся Голдман, и его смех едва не свел меня с ума. – Гай Джон Цезарь!

– Идиот-идиот-идиот. – Я протиснулась мимо него в ванную.

Захлопнув дверь, закрылась на замок и резко выдохнула.

Пошел к черту. Пошло к черту мое вожделение.

Я разделась и легла в ванную. Открыла кран, и горячие струи ударили по телу. Обычно я шла мыться сразу после съемки, чтобы смыть чужой запах, прикосновения и жидкости. Но сегодня торопилась домой и только обтерлась салфеткой. Сбежала от навязчивой сцены из прошлого, чтобы встретить главного героя этой сцены в квартире. Полуголого. Побритого. Непонятно с какой стати – до безумия сексуального.

Он мне не подходит.

Я коснулась промежности и осознала, что снова влажная. Изо рта вырвалось хриплое рычание. Джон возбудил меня своим видом, и я снова чувствовала себя неудовлетворенной, как мартовская кошка… кошечка. С губ сорвалось очередное ругательство, а пальцы коснулись набухшего клитора: я поджала губы, подавляя стон.

Он мне не подходит!

Пальцами я задвигала быстрее, а другой ладонью оперлась о бортик ванной. Пар клубами поднимался к потолку, крал воздух и остатки здравого смысла.

– Не подходит… – выдохнула шепотом. Его руки – я плохо их помнила из-за алкогольного опьянения, но они точно творили со мной что-то невероятное. Его поцелуи на грани укусов – никакой нежности. Его крепкие бедра – он прижимал меня к матрасу, и я была одновременно такой хрупкой и такой сильной. Его член… – Ах! – Мысли бросились врассыпную, когда волна оргазма сотрясла тело.

Сдвинув колени, я позволила себе вдоволь насладиться остатками удовольствия, а когда отдышалась, выползла из ванной и жадно глотнула свежего воздуха. «Надеюсь, ты успокоилась?» – спросила у отражения в зеркале над раковиной. То раскраснелось, смотрело на меня, ошалевшее и довольное. Добилось своего.