Книга Предел скорости, страница 141 – Тери Нова

– Обязательно. Можно я прилечу к тебе? Мои руки покрыты морщинами, но они все еще помнят, как управляться с двигателем, если нужна помощь в подготовке. Как тебе это?

– Было бы здорово, – я улыбнулся горизонту. – Просто отлично.

* * *

Раньше я обожал выключать музыку в машине и нестись по автостраде, слушая только шум ветра и гул «Корвета». Потом эта страсть сменилась любовью к звонкому смеху и едким комментариям, часовым рассказам о вреде пестицидов и сетованию на то, что люди переоценивают искусственное освещение. По мне, если они что-то и переоценивали, так это настоящее солнце, и если бы оно однажды погасло, Сью все равно сияла бы ярче, чем любой другой источник света, и излучала бы больше тепла. Сейчас, когда это тепло забрали, я физически ощущал холод в костях, и чертово солнце меня больше не согревало.

Два месяца долгой тишины, сопровождающей меня повсюду. Тысяча четыреста шестьдесят часов без нее, пятьдесят девять ночей без сна, десятки написанных и стертых сообщений и четыре некупленных билета в Бостон.

Со слов Райана знал, что она посещает терапевта и практически не появляется на работе. Короткие отчеты моего друга дарили надежду на то, что девушка найдет путь к себе, даже если он не пролегает через Филадельфию. Все, что мне оставалось, – ждать. Терпение никогда не было одной из моих сильных сторон, но почему-то я верил, что оно вознаграждается.

Коди прилетел вместе с отцом за неделю до соревнований, это внесло немного шума в привычную серую рутину и добавило бардака в моей холостяцкой квартире. Теперь каждый день начинался с пробежки с братом по набережной, а заканчивался видеозвонком Ребекке, в котором мы трое с трудом помещались в экран, обмениваясь новостями. Иногда к видеочату присоединялся Кир, рассказывая о своих путешествиях с новой девушкой и вероятности, что они скоро съедутся. Между этими двумя занятиями мы с отцом много времени проводили в гараже команды, восполняя пробелы в общении и доводя автомобили, созданные для гонки, до абсолютного совершенства. Я мог с уверенностью сказать, что время не стирает раны, но поддержка близких и немного покоя заставляют их меньше кровоточить и делают свежие рубцы менее заметными.

– Что будешь делать, когда сезон закончится? – спросил Коди, догоняя меня на светофоре. Мы оба запыхались и были полностью выжаты, мокрые волосы брата сбрасывали капли пота на раскаленный асфальт при каждом движении его головы.

– Еще не думал, – солгал я. По правде говоря, думал об этом весь последний год, понимая, что мое время, как профессионального гонщика, заканчивается. Пришло время уступить дорогу более резвым ребятам, таким как Диего, и отойти в сторону.

Мы с Клэем мечтали оставить наследие, открыть гоночную автошколу для детей и взрослых, эта идея пришла нам около года назад, когда сынишка одного из механиков устроил истерику, валяясь посреди гаража прямо перед заездом. Стоило мне предложить ему проехать круг после гонки, как слезы высохли, а глаза заблестели от радости и интереса. Разумеется, скорость была в несколько раз ниже той, до которой обычно разгоняется машина, но пареньку было плевать, он верещал и смеялся так громко, что мне захотелось показать ему больше.

– Ты никогда не хотел вернуться и взять на себя мастерскую? Отец не молодеет.