Книга Обратная перспектива, страница 43 – Тери Нова

– Здесь только ты и я. – Он словно знает, что чьи-то насмешливые глаза до сих пор преследуют меня в сознании. – Ты можешь быть кем угодно.

– Что, если я просто хочу быть собой? – шепчу в ответ и знаю, что он улыбается, потому что веселье слышно в его тоне, когда он отвечает:

– Это идеально.

Его слова подталкивают меня отбросить все дурные мысли в сторону. Вот как выглядит слепое доверие на самом деле. Нам не обязательно знать человека целую жизнь, чтобы почувствовать связь, которая обволакивает тело спокойствием и теплом. Жар его взгляда ложится на мое лицо и плечи, и я забываю, зачем вообще пришла, а значит, его магия сработала.

Я снова забываю.

– Ты такая красивая, – говорит он, больше не шепча, но из-за басов в колонках его голос теряется в воздухе. Гадаю, не солгал ли он, что, если мы не одни? – Раздвинь ноги. – Он отступает и проводит рукой по моему бедру, и адреналин в теле гудит сильнее, чем здравый смысл.

К черту это!

Прогибаю спину, разводя ноги шире и полностью открываясь его взгляду, я не чувствую его так, как раньше, но знаю, что он смотрит. Проходит несколько долгих мгновений, начинаю чувствовать себя идиоткой, и мой злой рот уже готов выдать что-то грубое в стиле «не хочешь ли сделать фото», когда язык без предупреждения появляется на моем теле. Он проводит им по всей задней поверхности бедра, а потом погружается в мои складки, и я стону так громко, что отстойная музыка, звучащая с потолка, теперь, может, и не такая оглушительная.

Искры взрываются перед глазами, и темнота лишь усиливает ощущения, которые вспыхивают во всем теле, не важно, что он прикасается ко мне лишь там внизу, я чувствую его повсюду. Мои пальцы болят от того, как сильно стискиваю металл, а бедра непроизвольно толкаются навстречу его ритмичным движениям.

Не знаю, как долго это длится, потому что счет времени замедлился и ускорился одновременно, мои стоны такие же отчаянные, как его желание довести меня до предела, я чувствую, как его руки, удерживающие мои бедра на месте, сжимаются сильнее, будто он тоже на грани и вот-вот взорвется.

А потом я кончаю так сильно, как никогда в своей жизни, и почти падаю вниз, теряя ориентацию в пространстве, но руки ловят меня, прижимая к твердому, как скала, телу, пока мое собственное содрогается от удовольствия. Это такой абсурд, но мне абсолютно плевать, потому что, несмотря на всю странность произошедшего, ничто из этого не кажется неправильным. Я должна чувствовать себя использованной, но ощущаю только легкость и головокружительную эйфорию. Впервые не думаю о своей мести.

Аккуратным движением он спускает юбку обратно на бедра, и я открываю глаза, понимая, что повязка с моих глаз уже исчезла. Передо мной пустое полутемное помещение, и только огни стробоскопа и оставленная в спешке посуда напоминают о том, что совсем недавно внизу была вечеринка. Он не солгал; эта мысль, как теплое одеяло, согревает все внутри, но гораздо теплее его объятия, которые кажутся пугающе комфортными, чтобы к ним привыкнуть. Моя голова покоится на его плече, хочу повернуться, но знаю, что это только все усложнит.

– Водитель отвезет тебя домой, прими ванну, – шепчет он над моей макушкой, я так расслаблена, что не сразу ощущаю, как его тело покидает мое, а когда наконец оборачиваюсь, его уже нет.