Книга Полный спектр, страница 97 – Тери Нова

– Что еще? – спрашивает моя жадная малышка, улыбаясь сквозь стоны, ерзая на столе в бесстыдном притягательном танце. Майка спадает с ее плеча, обнажая шрам от пулевого ранения, я задерживаю на нем взгляд, пока не чувствую, как сердце отдается в ушах.

– Я хочу запереть тебя в этом месте, чтобы ты никогда не смогла вырваться, потому что только я могу обладать тобою, – это не вся правда, реальная причина остается завуалирована. Будь моя воля, я бы никогда не выпустил ее отсюда, чтобы она больше не видела жестокости этого мира и не испытывала боли. Запертой здесь, ей не пришлось бы бросаться под пули и подвергать себя опасности.

– А ты? Кто обладает тобой? – Ремеди приподнимается на локтях, сквозь полуприкрытые веки стреляя в меня непреклонным взглядом. Она берет со стола нож для рыбы и изучающе смотрит на лезвие, прежде чем протянуть руку и провести им линию вниз по моей щеке к подбородку, слегка подталкивая его вверх.

– Ты знаешь ответ, малышка. Только ты. Всегда. – Сказав это, я дергаю головой в сторону, отстраняя нож и наклоняюсь к ней, прижимаясь ртом к набухшему клитору, втягивая его в рот, жадно посасывая. Голова Ремеди откидывается назад, нож с лязгом падает на пол, и моя жестокая собственница громко стонет, содрогаясь от удовольствия. Ее стенки сжимаются, обхватывая мой палец.

Этого недостаточно, даже близко нет. Я снова и снова скольжу языком по пульсирующему центру, добавляя еще один палец, растягивая ее, пока вспышки удовольствия не переходят в новый поток ощущений. Ремеди сильно сжимает скатерть руками, выгибая спину и выкрикивая мое имя, она просит остановиться, слишком чувствительная для продолжения, но вопреки тому только сильнее прижимается к моим губам. Мы оба знаем, что она может дать мне больше этих охуительных звуков и образов, по которым я скучал каждый долбаный день без нее.

– О, черт возьми! – восклицает Ремеди, ее ноги дрожат, задевая мою эрекцию, я обхватываю одну из ее лодыжек рукой, упирая в свое бедро и удерживая на месте, пока вторая моя рука занята, извлекая из нее все больше удовольствия. Мой член настолько тверд, что вот-вот взорвется от легчайшего прикосновения, это причиняет мучительную боль, но все еще не такую удушающую, как та, которую я испытал, увидев, чье лицо скрывается под шлемом.

Я заставлю ее заплатить! Мои ярость и гнев достигают предела.

– Ты моя. – Слегка покусываю клитор, проводя языком по всей длине ее лона, сгибая пальцы внутри ее тела и массируя внутренние стенки. – Даже если ты не помнишь нас. Ты моя!

Последние слова почти угроза, пусть только посмеет думать иначе, и я исполню свое обещание, привязав ее к себе буквально. Ремеди начинает содрогаться, царапая стол острыми ногтями, ее стоны почти оглушают, отпечатываясь в моем сознании, и я удовлетворенно наблюдаю, как она распадается на части на моем языке, сжимая мои пальцы так сильно, что я почти кончаю в штаны.

Ремеди

По ощущениям, все мое тело превратилось в желе, кончики пальцев ног онемели и гудят, Уэйд вынимает пальцы, засовывая их в рот и посасывая, мои внутренние стенки снова сжимаются от этого зрелища. Только сегодня утром я выписалась из клиники и впервые увидела его в непринужденной обстановке, и вот уже лежу распластанная на столе в нашей квартире, пораженная стремительной динамикой отношений.