Книга Под слезами Бостона. Часть 2, страница 18 – Таша Мисник

– И ты говорил, что у тебя есть шрамы… – касается губами моих ребер. – Как и у меня. Просто твоих не видно, но ты…

– Готов оголить каждый из них перед тобой, – мой голос хрипит, а каждое слово режет горло, будто выходит лезвие.

– Ты ее любил? – робко спрашивает Серена и, кажется, немного отстраняется от меня или плотнее скручивается в комок.

– Ее любили все. Джейд излучала такую энергию, что ее невозможно было не любить, – грустно улыбаюсь, вспоминая ту искреннюю улыбку, которой всех одаривала Джейд. Всех. Она всегда улыбалась. – Мне было пятнадцать. Отношения матери и отца казались нормальными. Я и Шейн жили, казалось, в нормальной семье, с нормальным среднестатистическим доходом, в нормальном районе Бостона и посещали нормальную школу. Куда перевели и Джейд по льготной системе обучения. У нее был высокий средний бал, и руководство одобрило ей стипендию. Она была на два года младше меня, и ее оформили в класс Шейна. Джейд сразу же сдружилась с ним.

Помню, как он впервые привел ее к нам домой, чтобы она объяснила ему математику. Я уже тогда понял, что он запал на нее. Потому что до этого момента с математикой помогал ему я. Но Джейд всегда была любопытной. Ей было интересно, чем в соседней комнате занимался я. Сложно поверить, но я был тихим парнем. Спокойным. Очень скрытным. Все время проводил за компьютером и уже тогда что-то там творил. Джейд всегда лезла с вопросами. В нейвсегда горел искренний интерес к моему делу. Она называла меня гением. И так звонко смеялась.

Тогда запал и я.

Мы росли и продолжали дружить. Втроем. Я, Шейн и Джейд.

Между нами ничего не изменилось, даже когда мать ушла. Когда забрала Шейна и почти растоптала меня. Мы продолжали общаться втроем. Джейд помогала нам с братом находить контакт. Не ругаться. Не злиться. И не винить друг друга в ошибках взрослых. Она всегда была рядом. Она была нашим связующим звеном.

Она была моей поддержкой, даже когда меня посадили за решетку. Единственная, кто приезжал ко мне каждую неделю. А потом…

* * *

Сердце.Такое чувство, что оно больше не бьется. Съеживается в крохотный шар и застывает в груди.

– Я вышел. Джейд забеременела. И погибла в автокатастрофе.

Серена лежит рядом и не двигается. Молчит. И, кажется, даже не дышит. А мне хочется закурить, а лучше – выпить. Напиться до беспамятства и отключиться до утра, но вместо этого я продолжаю:

– Семимесячного ребенка удалось спасти. Джейд всегда хотела дать ему сильное имя… И один человек, очень близкий мне человек, предложил назвать его Бостон.

– А Бостон знает о своей матери? – нерешительно шепчет Серена.

– Нет.

– Почему?

– Потому что так надо.

«Потому что я лгу».

– Это как-то связано с убийствомДжейд?

Вопрос Серены бьет меня в живот. Дыхание сбивается. Меня окатывает ужас. Устилает колкостью все тело и погружает в оцепенение. Откуда она знает? Как догадалась?

– Я слышала, что ты кричал тогда в доме Кёртисов. Ты говорил Шейну, что он живет под крышей с убийцей Джейд.

– Я тогда перегнул, – «ей не нужно знать».

– Эзра… Ты сам говорил, что в темноте не лгут. Но ты лжешь. Почему?

– Потому что никто не знает правды. Ее нельзя произносить вслух. Даже в темноте.

Выползаю из-под Серены и сажусь на край кровати. Как тяжело. Мать твою. Как же тяжело. Упираюсь локтями в колени и опускаю в ладони лицо. Сердце камнем висит в груди, а на шею будто повесили еще одну глыбу перед тем, как скинуть меня в океан.