Книга Под слезами Бостона. Часть 2, страница 40 – Таша Мисник

Такси довозит меня до нужной точки и быстро скрывается в ночи, едва я успеваю оплатить поездку. И мне понятна его спешка – никто не любит этот район кроме Серены. Потому что она больная на всю голову.

По памяти бреду к тому месту, где должен находиться дряхлый диван, и надеюсь, что мне не придется разгонять там местных бездомных пьянчуг. Я сегодня уже не в форме. Прикладываюсь к горлу бутылки и слышу слабый звук гитары.

О нет. У меня развились галлюцинации. Снова. Мне точно пора прекращать пить.

Но я делаю очередной глоток и иду на музыку, как в гребаной сказке про красивых, но жестоких русалок.

Серена.

Она манит меня. Черт бы ее побрал. И она поет нашупесню. Очень тихо. И, кажется, плачет.

Я замираю у стены контейнера, как и в первую нашу встречу здесь, и наблюдаю за Сереной из тени, пока она не замолкает. Слабый мигающий свет от фонаря едва освещает ее силуэт, но этого достаточно, чтобыя разглядел, как она вытирает слезы.

– Я знаю, что хотел бы быть тем, к кому она всегда могла бы прийти. И если мы преодолеем этот путь, ждут ли нас демоны в самом конце? – заканчиваю я там, где остановилась она.

Серена дергается и прижимает к себе гитару, как делала это и в первый раз. Я неторопливо выхожу из тени и направляюсь к ней.

– Что ты здесь забыл?

Ее страх моментально перетекает в гнев. Охренеть можно! Она еще и злится? Сейчас я ей покажу, кто тут по-настоящему зол. Кто жертва гребаных проделок мелкой подлой сучки. Кто на самом деле неправ.

– Пришел спалить это гребаное место к чертям. Это логово мерзких предательниц. Знаешь, – отпиваю из бутылки. – Встретил тут одну. Пожалел. Пригрел на своей груди. Даже сердце отдал. А она что сделала? Напела мне про любовь, пережевала мое сердце и выплюнула его на хрен! Ты ведь выплевываешь, Серена, то, что пришлось не по вкусу. Ну и каково это было, а? Мое сердце? Так же отвратительно, как устрицы? Так же потянуло блевать?

Я закипаю с каждым словом, с каждой фразой, брошенной ей в лицо.

Мои чувства для нее – та же противная жижа в шершавой раковине, вкус которой она никогда не захочет ощутить.

Замахиваюсь и бросаю бутылку в ближайший жестяной контейнер. Серена вскрикивает, а я достаю из кармана зажигалку и стремительно приближаюсь к дивану. Серена вскакивает на ноги. Бросает на диван гитару и резко бьет меня кулаками в грудь.

– Долбаный псих! Совсем из ума выжил?! – роняю зажигалку в лужу и перехватываю запястья Серены.

– Пошла к черту! – отталкиваю ее от себя и нагибаюсь, чтобы отыскать то, что уронил.

– Я уже рядом с ним! – Серена набрасывается на меня и валит на этот вонючий диван. – Идиот! Что ты творишь?!

– Истребляю логово таких, как ты! – хватаю ее за плечи, переворачиваю, вдавливаю лопатками в диван и нависаю сверху.

Хоть и пьян, но во мне все равно слишком много сил, чтобы обездвижить ее. Слишком много злости.

– Ну и как тебе мой младший брат? Уже успела потрахаться с ним? – процеживаю сквозь зубы у самого ее лица.

– Нет! – шипит она, продолжая брыкаться. – Но обязательно это исправлю завтра!

– И завтра же я вырву его крошечный член!

– Эй! Не двигаться! – на нас светят фонариком, и я зависаю над Сереной. – Полиция!

– Блять! – моментально вскакиваю на ноги, соображая, какую картину этот коп сейчас видит передсобой. – Бежим! – хватаю Серену за руку.