Книга Мы ненавидим всех. Месть, страница 97 – Таша Мисник

– Нет, – усмехаюсь. – Это все для музыки. Только не рассказывай моему отцу, хорошо? Он не вникает и тоже думает, что это просто гаджеты, которые я накупил за его деньги. Но это не так. Я не взял у него ни цента на свое второе «я». Я все заработал сам. И вообще ты первая, с кем я делюсь своей мечтой. Об этом никто не знает.

– Я сохраню твою мечту, Рио, – улыбается Астра, поглаживая мое лицо.

Я накрываю тыльную сторону ее ладони, подношу к своим губам и целую каждый палец, но потом чувствую под губами что-то грубое. Развернув ее кисть, я вижу на ребре руки длинный шрам, достигающий запястья.

– Откуда он у тебя? – Провожу пальцем по выпуклой линии.

– Ерунда. – Уголки ее губ подергиваются. – В детстве я была слишком любопытным ребенком и лезла туда, куда не стоило, например, в инструменты отца.

– Интересно… Кажется, я видел похожий шрам на руке Тео. Не обращала внимание?

– Эм… Нет. – Астра заметно напрягается и вытаскивает руку из-под моей ладони. – Странное совпадение. Он рассказывал тебе, как получил свой?

– Да какая, к черту, разница? – Обхватив Астру за талию, я снова увлекаю ее в объятия. – Не хочу тратить на разговоры о Тео время, которое мы можем уделить друг другу.

– Ты прав. – Очаровательная улыбка вновь украшает ее красивое лицо, и не сдержавшись, я мягко касаюсь губами ее мягких губ.

– Тогда расскажи мне, звездочка…

– Что ты хочешь знать, моряк? – усмехается она сквозь поцелуй.

– О чем ты мечтаешь?

Астра отстраняется и задумчиво всматривается мне в глаза, а после короткой паузы тихо отвечает:

– Чтобы этот день не заканчивался.

Конец сентября

Астра

К сожалению, этот день, как и все другие дни, тоже уходит в тень. Солнечные лучи предпринимают последние попытки отпечататься на небе мазками огненно-лиловой палитры, пробиваясь сквозь густые облака. Но высокие верхушки гор сжирают солнце так же быстро, как сумерки поглощают свет.

Ветер становится холоднее. Он стоном проносится над горной рекой, цепляя наши с Дарио обнаженные силуэты, слившиеся в объятиях на песчаном берегу, и я едва слышу вопрос моряка:

– Что тебя гложет, Ревендж?

Какой точный и правильный вопрос, на который для Дариоу меня нет ответа. Я и так слишком сильно сглупила, натворила море ошибок, потому что не смогла совладать с эмоциями. Потому что так сильно нуждалась в нем. Потому что он единственный, кого я звала, когда думала, что погибну там, в потоке этой горной реки, что тащила меня на дно. Потому что он единственный, в чьих руках я хочу находиться прямо сейчас.

Но это была минутная слабость, и нам пора возвращаться в реальность.

– Уже темнеет. – Я приподнимаюсь и упираюсь локтем во влажный песок. – Нам нужно выбираться.

– Мы не выберемся отсюда без посторонней помощи, – спокойно поясняет Дарио, откидываясь на спину и подгибая руки под голову. – Порода скалистая. У нас нет снаряжения. Мы голые и босые. Мы не преодолеем даже первую ступень склона.

– И что ты предлагаешь? – Я стараюсь не выдавать паники, но голос все равно подрагивает. Мне ни разу не приходилось ночевать на узком берегу дикой реки, оцепленного обрывистым склоном. Кажется, течение закинуло нас на отсек горного ущелья.

– Оставаться здесь. Нас наверняка ищут.

– Да мы тут замерзнем и умрем! – Уже не на шутку тревожусь я.

– Я придумаю, как развести костер. Только не волнуйся, ладно? – Дарио садится рядом со мной и обнимает за плечи. – В любом случае я знаю еще один действенный способ, как согреть тебя. – Его нос трется о мой висок, и я усмехаюсь. – А сейчас лучше возьми мою футболку, – он протягивает мне клочок скомканной ткани, – и оботри свое тело. Кажется, я тебя запачкал. – Дарио целует меня в плечо и поднимается на ноги.