Книга Мы ненавидим всех. Преданные, страница 102 – Таша Мисник

– Я верю, – спокойно отвечает Тео. – Потому что теперь знаю, что тебе пришлось пережить. Потому что я знаю тебя, Астра. – Его большая ладонь накрывает мою руку, лежащую у него на плече. – Ты не изменилась. Твоя душа всегда была слишком ранимой и чуткой. Даже когда ты притворялась мстительницей Ревендж, – грустно усмехается он и притягивает меня к своей груди, заключая в объятия. – И мне чертовски жаль, Астра, мне так сильно жаль, что я оставил тебя с ними. С твоим отцом, с гребаным Энзо, который промыл тебе мозги ради собственных целей.

Я впиваюсь пальцами в его куртку, стягивая ее в кулаках, и утыкаюсь лицом в грудь Тео, забывая, что обещала себе больше не плакать.

– Мне очень жаль… – Руки Тео, стискивающие мое тело, дрожат. – Всего, что мы потеряли. Всего, что могло у нас быть, если бы я вернулся за тобой.

– Тео, пожалуйста, не вини себя, умоляю, – всхлипываю и сильнее обнимаю его. – Забудь. Это в прошлом. Живи сейчас, слышишь?

Запрокидываю голову и тянусь ладонями к лицу Тео. Накрываю его щеки. В его глазах стоят слезы. Мои уже давно мокрые.

– У тебя все будет хорошо, – шмыгаю носом. – Тебя не уволили. Мелани со временем простит. Все уляжется. А эта идиотская ситуация забудется, как страшный сон. Хочешь, я поговорю с Мел? Уверена, она послушает меня и поверит в твою непричастность.

– Нет, – он качает головой, – ничто уже не будет так, как прежде. – Тео убирает мои руки от своего лица и отступает на шаг.

– Почему? Я слышала, что Алонсо уладил конфликт с колледжем. Я уволилась добровольно, не опровергая свою вину. Твоей репутации ничто не грозит. Все считают, что я… совратила тебя. Пусть считают. Мне правда все равно. Хочешь, я официально подтвержу версию Алонсо? Я сделаю это, Тео. Потому что ты ни в чем не виноват.

– А ты разве виновата? Разве ты не такая же жертва обстоятельств, как я? Разве тебе приятно снова лгать?

– Неприятно, – отвожу взгляд, – но я сделаю это ради тебя.

Не решаюсь взглянуть на Тео, но он подходит ко мне вплотную, проводит указательным пальцем по моему подбородку и нежно толкает его вверх, заглядывая мне в глаза.

– Лучше сделай одолжение самой себе: покажи свои записи Дарио. Мне кажется, он заслуживает знать тебя.

– Нет, – чувствую, как в глазах снова скапливаются слезы: хватило лишь звука его имени, – я не справлюсь. Не смогу.

– Справишься. И я тоже как-нибудь справлюсь. А вот Дарио сейчас очень плохо. Он ведь чертовски сильно любит тебя, Астра. Настолько сильно, что даже не убил меня.

Не хочу, но опять плачу. Или я не переставала. Мое сердце жмут тиски: с одной стороны вина, с другой – любовь. Они жмут и жмут. Давят сердце, заставляя его обливаться кровью, и слезы наворачиваются с двойной силой.

– Хотя бы попробуй до того, как уедешь и пропадешь из его жизни, – настаивает Тео. – Не повторяй ту же ошибку, что и со мной. Не скрывай. Дай ему знать. А потом пусть он сам решает, что делать с этой правдой. Пусть решают его сердце и разум.

– Он меня не простит… – всхлипываю я.

– Даже если и не простит, ты хотя бы будешь знать, за что. – Его ладони скользят по моим щекам и замирают на шее. – Я бы хотел знать. Я бы вернулся за тобой в тот же день, если бы ты позволила мне знать, если бы рассказала правду о беременности. Астра, я… – Он тяжело вздыхает. Я чувствую, как крепко напрягаются его руки. – Буду любить тебя вечно. Ты всегда будешь моей особенной, но…