Книга Мы ненавидим всех. Преданные, страница 109 – Таша Мисник

– Если это не сделаешь ты, то сделаю я. Может, хватит строить из себя королеву драмы? – Друг толкает меня в плечо. – Когда Дикий превратился в тряпку? Я устал находить тебя каждый день в одном и том же положении за одним и тем же занятием. Либо ты прямо сейчас садишься и читаешь все, что она тебе прислала, либо удаляй. Сейчас же. При мне. Хватит себя мучить.

Я замираю, метая взгляд с Роя на ноутбук.

– Я не шучу, – добавляет он.

И он серьезен как никогда.

– Окей! – психую я и с грохотом дергаю кресло. – Прочитаю. – Усаживаюсь перед ноутбуком и открываю переписку с Астрой.

– А я проконтролирую. – Рой располагается за моей спиной на кровати.

– Нет.

– Да.

– Нет! – сильнее рявкаю я.

– Да, – безэмоционально повторяет Рой. – У меня много братьев и сестер. Ты не победишь в этой игре.

– Уматывай!

– Нет, – так же ровно отвечает он, всем видом игнорируя мое раздражение.

– Да чтоб тебя, – стискиваю зубы.

– Читай, Сантана. А потом решим, что с этим делать.

***

Я окунаюсь в прошлое Астры, и меня тянет на дно. Я захлебываюсь ее откровениями, меня опутывает темная правда, до которой я так сильно хотел докопаться, но не ожидал, что погрязну во мраке.

Судя по дате, она начала мне писать после нашей первой близости на берегу реки, уже после того, как оттолкнула меня и устроила тотальный игнор на долгие недели вперед.

«Вчера у меня был хреновый день, и ты, как никто другой, к этому причастен. Поэтому сейчас мне нужно высказаться», –заявляет Астра в первой заметке. А хреновый день (как я успел подсчитать) – это вечеринка по поводу Дня университета, когда я разбил лицо Доновану, а потом прикидывался пьяным, чтобы Астра оказалась в моей комнате.

Вторая заметка датирована первым ноября – днем после Хэллоуина, когда она выгнала меня из своего дома, сказав, что на самом деле любит Тео.

Третья заметка тоже создана в период нашего разрыва.

То есть, получается, она все-таки изливала мне душу, пусть и не прямо в лицо? Она сдерживала правду, пока я смотрел ей в глаза, и только потом, когда меня не было рядом, позволяла себе тайную электронную исповедь?

Здесь Астра смелая, серьезная и искренняя, но читая, меня не покидает чувство, что она пытается оттолкнуть меня, будто не хочет, чтобы я продолжал погружаться в ее прошлое. Но я не отступаю, и кажется, теперь не только Астре, но и мне, потребуется психотерапевт, потому что мой мозг разрывается на части, когда я читаю о ее детстве. В котором, как оказалось, участвовал Тео.

Во второй заметке Астра рассказывает откуда она родом. Говорит и своих друзьях: Тео, Энзо и погибшей девочке Хоуп. Но ни Тео, ни его мать ни разу не упоминали, что были знакомы с Астрой.

Почему? И знает ли об этом отец? Очень сомневаюсь.

Третья заметка оставляет еще больше вопросов.

«Какие чувства вызывает в тебе ненависть? Не спеши. Подумай. Ведь от твоего ответа зависит то, как тебя назовут», –сообщает Астра. Или Ревендж – месть, что двигала ею все это время.

Я не думаю долго, потому что ответ на этот вопрос всплывает мгновенно: Ферал (в переводе с англ. – «дикий»), меня бы звали Ферал. Ведь когда я ненавижу, то превращаюсь именно в него – в Дикого. Именно в моменты острой ненависти я уподобляюсь зверю.

И это происходит прямо сейчас, когда я узнаю о том, как сильно Астра любила Тео.