Книга Зимняя романтика. Книга-адвент от ненависти до любви, страница 33 – Эйси Джей Миллс, Кристина Шрайфер, Камрин Харди, и др.

Со всех сторон слышались обещания на год грядущий или подведения итогов прошедшего. Поздравления заменяли приветствие знакомым или становились началом разговора, который в будущем, возможно, перерастет в крепкую лагерную дружбу.

Вожатые, образовав небольшой круг у сцены, отплясывали под очередной хит прошлого. Лишь некоторые стояли в отдалении у стен, наблюдая за порядком.

В воздух под одобрительный гомон подлетали свертки серпантина, разворачиваясь на лету в кудрявые ленты. По стенам и потолку зала в полумраке пробегали разноцветные блики.

Наконец на экране над сценой появились часы, которых многие ждали весь прошедший год. Следом за ними началось и традиционное обращение. Его мало кто слушал, чаще пытались предсказать следующую фразу.

– Ну что, Милка, время новогодних желаний? – Ухо девушки опалило горячее дыхание, россыпью мурашек пробегая по спине.

Милана подняла голову, моментально потеряв интерес к ежегодной речи, пытаясь спокойно покачивать пластиковым стаканом с лимонадом.

– Желать твоего отсутствия уже поздно? – Девушка драматично закатила глаза.

– Уже поздно, – кивнул Марк, отпивая из своего стаканчика, – и желание в итоге мое.

– Оно и к лучшему, – с улыбкой буркнула под нос девушка, – загадывай уже. Исполню в следующем году.

По залу прокатился звон колоколов. Обратный отсчет до нового года начался с первым громким ударом курантов. В зале повисла тишина. Затаив дыхание, все – и вожатые, и дети, – едва шевеля губами, проговаривали заветные желания.

– Давай-ка начнем год с чистого листа? – наконец раздался едва слышный шепот над ухом.

Последний удар. Секундой позже оглушающе прозвучал первый аккорд гимна под радостные крики и поздравления. Новый год вступил в свои законные права.

– Я Милана, для друзей просто Милка. – Девушка протянула Марку руку. – А ты мне нравишься.

В ее голубых глазах светились искорки озорства, затмевая, казалось, праздничные огни новогодней ночи.

Из гостиной доносились звуки включенного телевизора. Пока Надя пела свою знаменитую песню Лукашину, я аккуратно нарезала докторскую колбасу, сверяя взглядом кубики с горкой таких же, но из вареных яиц, картошки и огурцов. Мама кружила вокруг меня последние полчаса, сетуя, что такими темпами мы сядем за новогодний стол под речь президента. Но это она виновата, что я так скрупулезно выверяла каждую деталь, излишне серьезно готовилась к вечернему застолью и на меньшее, чем стопроцентная идеальность, не была согласна. Потому что из-за родителей отмечать этот Новый год я буду в обществе самого несносного парня в мире!

Ходячее недоразумение по имени Николай Королев ворвалось в мою жизнь несколько лет назад. Парень перевелся в девятый «А» из школы соседнего городка и тут же отобрал у меня место старосты, любовь всех учителей и первое место в рейтинге. Громкий, колкий на язык, абсолютно невыносимый! Он с первого же дня стал надо мной подшучивать, потом наградил нелепой кличкой, а еще, будучи старостой, принялся привлекать к спортивным мероприятиям, которые я на дух не переносила. Никогда не забуду, как опозорилась на конкурсе по лазанию по канату. Я не сдвинулась ни на сантиметр, но кто-то умудрился завирусить видео моей попы, раскачивающейся туда-сюда. А чего стоит тот случай с финальной игрой наших баскетболистов против лицея! Коля указал мою кандидатуру на роль талисмана школы, и я все игровые периоды простояла в костюме олененка с табличкой-лозунгом, задыхаясь и истекая потом в три ручья.