Книга За что наказывают учеников, страница 65 – Наталья Корнева

— Да продлятся дни сиятельного Красного Феникса, — торжественно начал Игнаций, едва ему предоставили право раскрыть рот, — верховного жреца храма Закатного Солнца, наместника небожителей на земле, хранителя истинного цвета и последнего наследника Лианора. Твой покорный слуга явился выразить свое почтение и побеседовать о твоем нерадивом ученике.

— О котором из них? — сухо поинтересовался Элирий.

Игнация неожиданно развеселил этот простой вопрос.

— Если говорить начистоту, оба твоих ученика разочаровывают меня дурным воспитанием. Вот этот, например, — с оскорбительным смешком он указал на Яниэра, — смеет стоять в присутствии Первородных, не получив на то разрешения. Тогда как никто из неполноценных не смеет стоять в присутствии тех, кто рожден на священном Лианоре.

В ответ на позорное публичное обвинение сдержанный северянин не выразил никаких эмоций, ничуть не изменился в лице — оно осталось непроницаемо. Яниэр превосходно разбирался в тонкостях церемониальных поклонов и вряд ли решился бы проявить непочтительность… возможно, попросту слишкомустал и забылся. Первый ученик не получил не только позволения стоять, но и позволения заговорить, а потому без слов упал на колени и распростерся ниц, коснувшись пола лбом и ладонями, как полагалось делать представителям всех низших народов пред Первородными.

Созерцая приятную глазу картину, Игнаций удовлетворенно усмехнулся: распластавшийся у его ног человек в белоснежных одеждах с широкими рукавами напоминал благородного журавля со сломанными крыльями. Элирий поджал губы. Несмотря на то что последние четыре сотни лет Яниэр носил высокий титул владетеля Севера, успешно сдерживал черный мор и даже основал собственный храм, а Игнаций скитался по Материку, как какой-нибудь безродный бродяга, в иерархии, построенной на чистоте крови, эти двое никогда не будут равны.

Инстинкт Учителя призывал Элирия защитить своего воспитанника, но он медлил, памятуя о предательстве, прощать которое было нельзя. С одной стороны, за все свои проступки Яниэр заслуживал строгого наказания. С другой стороны, то, что Первого ученика без спросу взялся наказывать Игнаций, категорически не нравилось Красному Фениксу. В самоуправстве нет нужды. Он накажет ученика своею рукою, когда посчитает нужным.

К тому же все это слишком уж походило на мелочную месть за то, что совсем недавно Элирий заставил самого Игнация совершить простирание, которое не полагалось Первородному по статусу. Повлиять на Элирия Игнаций не мог, зато мог отыграться на Яниэре. Как известно, унизить ученика означало унизить и Учителя, а потому нельзя допускать, чтобы Золотая Саламандра злоупотреблял своим правом.

— Поднимись, душа моя, — привычно мягко обратился к Яниэру Красный Феникс, хотя собственная душа его все еще была холодна и полна раздражения. Но, в конце концов, учить послушанию и наказывать учеников мог только он сам. Не следует, изливая скопившуюся досаду, проявлять несправедливость. Да, сейчас у них с Яниэром сложные отношения, но все же Первый ученик по-прежнему много значит для него.

Подчиняясь приказу, Яниэр распрямился, но остался стоять, преклонив колено, как надлежало поступать Совершенным, и в салюте прижал ладонь к сердцу. Удерживать застывшую позу покорности будет неудобно и даже болезненно в случае слишком долгого разговора… Элирий мысленно закатил глаза: видимо, с годами и пережитымистраданиями сердце его смягчилось, раз он задумался о подобном.