Книга Глиняные сердца, страница 13 – Анита Ферн

Когда я произношу это вслух, мама качает головой:

– Нет, дорогая, это не выход. Наверняка сплетни о том, как популярный парень зло подшутил над тихой девушкой, разнеслись между всеми на этой вечеринке. Твое отсутствие только усилит их предвкушение.

– Предвкушение?

– Да, им будет любопытно, как ты станешь вести себя после такого, и они не преминут отвесить несколько словесных тычков. Подростки могут быть очень жестокими, а нападать толпой кажется не таким зазорным, как в одиночку. Так вот, они не должны получить то, чего жаждут. Ты не позволишь им измываться над собой.

– Но как?

Она пожимает плечами:

– Не станешь играть по их правилам и показывать то, что они хотят увидеть. В школу ты придешь не униженной, не расстроенной, а непредсказуемой. Какое-то время будет сложно, зато все очень скоро забудут об этой глупой шутке.

– Боюсь, я не знаю, как быть непредсказуемой, когда больше всего мне хочется спрятаться и жалеть себя.

– Неинтересно смеяться над тем, кто смеется вместе с тобой. И уж тем более – если этот некто смеется громче, – глубокомысленно изрекает мама.

И тут до меня доходит.

В понедельник я встаю на полчаса раньше, чем обычно. Умываюсь и причесываюсь. Уговариваю себя съесть хоть что-нибудь на завтрак, пусть от нервов и кусок в горло не лезет.

Кэти тоже проснулась раньше, чем у нее это заведено. Ради меня. Мы решили, что в первый день учебной недели мне нужно выглядеть как нельзя лучше, и сестра в этом поможет. Она явно больше смыслит в искусстве макияжа. Кэти уверяла, что сделает из меня свежую розу. Даром что выгляжу я после всех пролитых за выходные слез как помесь крота с лягушкой.

В субботу вечером после разговора с мамой я отправилась в свою комнату и уже почти уснула под комбинированным действием бега, рыданий и мятного чая. Но влетевшая в спальню сестра вырвала меня из объятий Морфея.

Оказалось, что до нее добралась новость о моих злоключениях. И сестра тут же ринулась домой, чтобы принести утешение. Оно не заключалось в словах, потому что за все время до сна Кэти сказала лишь: «Эх, а я только похвалилась перед одноклассницами, что скоро смогу назвать Лекса Батлера братом», – и мы глупо захихикали.

Нет, она легла рядышком со мной, укрыла нас обеих одеялом и крепко обняла. Мы так делали в детстве, когда одна из нас (или обе) была напугана или расстроена. Но, видимо, мы не отвыкли так успокаиваться, потому что заснули вместе.

Подхожу к шкафу в надежде откопать среди своей практичной одежды наиболее нарядную. Выбираю темно-зеленый хлопковый комбинезон на широких лямках, с вышитыми цветами и листьями, надену его с футболкой, чтобы доехать до школы. А там поменяю ее на небесно-голубую блузку с длинными рукавами, которую заранее аккуратно сложила в рюкзак.

Если честно, меня не очень радуют эти приготовления, потому что день ожидается не из легких и веселых. И все же я не могу сдержать восторженной улыбки, когда Кэти заканчивает колдовать над моими волосами и лицом и разрешает поглядеть в зеркало.

На меня огромными глазами удивленно взирает девушка с мягкими локонами вокруг лица и нежным румянцем на щеках. Русые волосы замысловатыми косами лежат на голове. Все-таки сестричка сдержала обещание, поэтому я не жалею похвалы ее мастерству. Она хихикает и отвечает: