Книга Пламенная для дракона, страница 84 – Лилия Альшер

— Тогда к чему скандал? Может, вина?

— Подавись своим вином, ублюдок!

Принц не подавился, но рассмеялся еще приятнее:

— Мне всегда нравилось это слово значительно больше, чем бастард. В нем глубины больше. И правды.

Диаль выдохнул. Вспышка гнева, алой пеленой устилавшая глаза, медленно рассеялась. Шадар сосредоточился, размышляя над положением, в которое поставил его в очередной раз Виллем.

— Ты трус, — пренебрежительно возразил Диаль, — ты ни разу не встретился со мной без поддержки короля или двора. Ты давил на меня чужим авторитетом.

Принц пожал плечами с полнейшим равнодушием:

— Потому что мне нужен был твой положительный ответ, а не твои вечные дипломатические увертки. Их я уже наслушался!

Диаль снова почувствовал, как его переполняет ядовитая злость:

— Ты перешел все границы! Ты вмешиваешься в мой брак с Истиннойпарой! Хотя знаешь, чем тебе это может грозить.

Виллем покачал головой:

— Чем же? Посмотри внимательно на бумаги, там моя подпись. Хочешь еще пожелание долгих лет добавлю?

— Ты не король, Виллем. Твоя подпись — подделка. А я не могу прийти к королю с новой бумагой второй раз.

— Я просто подстраховался. Чтобы ты еще раз не решил сменить сторону.

Советник поднялся с кресла и прошел по комнате до камина. Положив локоть на гладкую полку из красной яшмы, дракон повернулся к окну. Так думалось значительно лучше. Покои принца выходили на внутренний сад дворца. Вид белых и позолоченных беседок в форме шахматных фигур, расставленных в узорах из цветов, успокаивал. Им не хотелось свернуть шею.

— Или ты мне все рассказываешь о своих планах, или я подаю в отставку.

Виллем подтянул к себе позолоченную вазочку и поднял крышку. Запах засахаренного миндаля примешался к терпкому аромату коньяка.

Принц взял один орешек и отправил в рот:

— Король за отставку накажет тебя. Потеряешь земли, пожалованные при вхождении в Совет.

— Переживу.

— Я взойду на трон. С тобой или без тебя. В моем окружении уже достаточно старых аристократических семей, столпов общества, чтобы удержаться. Теперь не я, теперь они ищут моего общества. Мне казалось, я достаточно тебе это продемонстрировал. Поэтому я тоже переживу твою отставку. Переживу, а потом лишу каждого клочка земли. И то, что тебе передал с титулом советника Арси, и то, что ты унаследовал от Шадаров. Но дом, конечно, оставлю. И твой дом будет стоять на моей земле.

— Ничего страшного, — щедро отмахнулся Диаль, — со мной все равно останется моя честь.

Виллем прищурился:

— Как же мне этого не хватало! Гордый Шадар. Примерно то же самое ты мне говорил, когда я уводил твоих муз.

Советник блекло усмехнулся:

— Да, и в отличие от этих муз, я честь сохранил. И мне начинает казаться, что ты затеял завоевание трона, только, чтобы заставить меня держать твою мантию.

— А мне начинает казаться, что ты прав, — в тон поддел Виллем, взяв из вазочки еще несколько орехов. И заслужил острый взгляд от собеседника.

— На твоем месте, я не увлекался бы миндалем. На аудиенции одного короля некая графиня сломала зуб о такой орешек, а потом отравила его, подмешав к ним яд.

Принц хмыкнул, но за миндалем потянулсяснова:

— Если не рисковать, к чему жить и стремиться?

— Ты готов умереть за горсть орехов?

— А ты их сначала попробуй, — любезно протянул ему вазу Виллем.

Диаль со вздохом вернулся в кресло: