Книга Детективное агентство Пух и Прах, страница 41 – Лилия Альшер

— Странно, что Ищейки не забрали бумаги. Не изучили…

— Так убийство же не было подтверждено.

Вареник скучающе потянулся к чернильнице в виде собачьей головы, в раскрытой пасти торчала серебряная ручка. Вилен перехватил его запястье.

— Тш! Не трогай тут ничего, пока я не проверил!

— А то что? — скептически дёрнул бровями напарник.

— Да что угодно. Может, тут где-то проклятый предмет, а может, нарушишь магический фон. Пока не проверю, не скажу.

Эдвард кашлянул и сунул руки в карманы. Проклятые артефакты — это аргумент.

— Вообще, неплохо бы взглянуть на этих Ищеек.

— М? — Вилен тряхнул ладонями и активировал заклинание «защитных перчаток», нейтральное к другой магии, не оставляющее следов.

— Ну… Мы с тобой предполагаем, что тут были нормальные Ищейки. Умелые и такое всё. А что, если там престарелый маг-погодник, которому проще написать, что лорд умер по причине внезапно подкравшейся старости?

Вилен, наклонясь над столом, пока рассматривал всё, не прикасаясь. Перед ним раскрывалась чужая жизнь. Интересная и таинственная, сокрытая в мельчайших деталях. Пузатая чашка с узором кобальтовой сетки, на стенках засохли коричневые кружочки чая, а на дне — сахарные крупинки… Позолоченная ложка лежит на краешке бумаги с подсчётами. Очень хаотичными, размашистыми и острыми. Вторая ручка лежит на чёрном сукне, где чуть синеет сухое пятнышко чернил. А вот весь остальной кабинет давил абсолютным порядком. Он выпрямился и уставился на полку, где книги стояли по цвету и размеру.

— Что ты там про Ищеек сказал?

— Что, скорее всего, в местной полиции работают деpевенские олухи. Не то, что мы с тобой.

— Признаться, у меня пока нет идей, как можно проверить их в деле. Разве что тут еще кого-нибудь вперёд ногами вынесут.

— Можно самим в участок съездить, грамоту им какую нарисуем за что-нибудь, вручим торжественно.

Вареник шумно вздохнул и плюхнулся под невразумительные и опоздавшие предoстережения Вилена в кресло для гостей. Хотя, наверняка быпроигнорировал их в любом случае.

— Там могут быть улики! — патетично взмахнул руками Вилен. — То есть могли быть!

Оборотень отмахнулся:

— Будем считать, я обнюхал, на кресле никто не сидел, оно пыльное.

— Пыльное?

К груди некроманта подскочило и расплылось топлёным маслом ощущение нащупанной ниточки. Он переполошенно огляделся. Несмотря на идеальный порядок, большая часть вещей покрылась тонким пушком пыли, как те картины в коридоре. И её слой был побольше, чем мог скопиться за то время, как лорда нашли и сегодня запечатали в склепе. Ни прислуга ни магия не наводили здесь чистоту довольно давно. Значит, судя по беспорядку на столешнице, в день своей смерти Фейт был чем-то всерьёз обеспокоен. Вилен вытащил за краешек листок с цифрами. Почерк был тот же, острый и крепкий. И разительно отличался от быстрых почеркушек на верхних листах. Случилось нечто непредсказуемое? И что это вообще за подсчёты? Лорд, и правда, обанкротился? Проигрался?

— Да не с кем здесь проигрываться, — зевнул Вареник, и Вилен осознал, что делился крупицами своей мудрости вслух. — Здесь на пятьсот километров окрест нет ни однoго игрального салона. Да и в эту клоаку никтo не потащится проигрывать гроши. Ρазве что окончательно помочь проиграть поместье, но да кому оно нужно?

— Но Фейт ведь точно с кем-нибудь общался. Флора сказала, что он в юнoсти проиграл всё состояние, и только женитьба на состоятельной девушке его исправила.