Книга Требуется приспешник, страница 108 – Лилия Альшер

Лорейн сделала шаг ближе, ее пальцы тоже нежно оплели его обнаженное запястье. Она подняла голову и посмотрела в его глаза. Кто из них хищник? Кто из них злодей? Кто кого сейчас съест? Как отражение ее мыслей, на его губах появилась чувственная улыбка.

Ее пальцы чутко исследовали вены на его запястье.

— Ты сказал, что о вампирах можно забыть. Что мне может угрожать в твоем доме, Даррен? — провокационно спросила она, глядя только в темнеющие глаза. — Ковен или ты?

Она не поняла, кто из них сделал шаг ближе, только почувствовала, как внутренности залило горячей волной, когда их тела соприкоснулись. Боги темнейшие, и ведь они одеты. Лорейн привстала на цыпочки и потянулась к его ключице, видимой в расстегнутом и отогнувшемся вороте рубашки. Кончиком языка она дразняще провела по чуть солоноватой теплой коже. Сейчас она почти понимала вампиров, ей тоже до сумасшествия хотелось укусить его, попробовать глубже.

— Еще одно движение, Лорейн, и ты окажешься прямо на этом столе, не успев сказать «нет». И никаких тебе теплых простыней из драконьего хлопка.

— Пустота безбрежная, — прошептала она, губами проводя по его шее, уже чуть колючей. — Мне никогда не делали такого заманчивого предложения.

— По-моему, вчера в «Бездне» примерно такое как раз делали.

— Думаешь, стоило соглашаться?

— Думаю, ты доигралась, — преувеличенно рассудительно сообщил Морион, подхватывая смеющуюся паршивку на руки и усаживая на край стола. Он улыбался, его ладонь плотно провела от ее талии к груди, сдерживаемая только платьем. — Весь день об этом думаю.

— О чем же?

— Сейчас покажу.

Лорейн прикусила кожу на его шее, гибко качнулась ближе, толкаясь в грудь. От его тихого стона по спине будто ток пропустили. Демонов демонолог. Кого они там призвали и поделили на ритуале с Датуром, инкуба?

— Поторопись, Морион, кажется, я разбудила дворецкого, он будетмстить.

Даррен прижался теснее, заставляя ее отклониться назад и прилечь на суконную столешницу. Ладони медленно и ласкающе собирали ее подол, тянули вверх, и вот, полоску кожи над чулками обожгли его пальцы, а губы заскользили по щеке к губам. Щелкнули застежки подвязок, и вместе с чулками на пол отправилось белье. Восхитительное предвкушение испепеляло нервы, тело напряженно подалось вперед, в его руки.

— Думаешь, дворецкий зайдет и объявит: «Леди Лорейн, лорд Даррен Морион»?

Она громко расхохоталась, падая на бумаги, которые он оставил, и закрывая лицо руками.

— Ты невозможный тип!

— Меня таким делаешь ты, — бесстыже рассматривал он ее порозовевшие щеки и ее саму. — Как вообще можно было сочетать такую страстность и... хм... непорочность.

— Я же говорила, что случайно. Влюбилась, как дура, на втором курсе, потом рассталась, весь третий проплакала, а потом — диплом. Самый горячий роман в моей жизни. И пока самый долгий.

— Подумать только, какую неочевидную пользу несет современное образование.

— Подумать только, какую чушь иногда несут всякие лорды, вместо того, чтобы заняться любовью.

А затем Даррен прижал ее к себе тесно-тесно, не оставляя места ни одной лишней мысли, и поцеловал жестко, почти болезненно, но головокружительно. Почти мстительно, до дрожи. За то, что пришла и заставила желать большего. И Лорейн потерялась в облаке трескучей темной магии с привкусом его парфюма. В ласках, заставляющих сжиматься каждую клеточку тела. В невысказанных словах, скользящих в каждом движении тела. Пока напряжение не выдавило из нее мучительный стон, а на ресницах не задрожали нежные слезы.