Книга Требуется приспешник, страница 115 – Лилия Альшер

— Нельзя дать им уйти, — крикнула Лорейн. — Блокируйте телепортацию, пока я отвлеку.

Лорейн заставила мешанину мертвых разделить Вирджи и Элнорда и вынудила тех сражаться с нескончаемым морем прибывающих по кругу умертвий. Базовой некромантии не хватало, чтобы тягаться с поднятыми магией. Лучше всего помогал огонь. Но много ли ты огня используешь, если тебя обступила бездумная толпа и жмется со всех сторон?

Она смотрела, как разделенные маги, мечтавшие о мировом господстве, задыхаются поодиночке в зыбучем песке из костей. Им уже было не до нападений, только до выживания. Но Лорейн и не собиралась никого убивать, она их просто удерживала и изматывала.

Морион подошел к ним с Датуром и тоже полюбовался несколько секунд на выбивающися из сил противников. Почти весь магический резерв они истратили на борьбу с его стеной огня, с умертвиями, и защитой от магии Датура. Теперь они отчаянно терялипоследние крохи. Смотреть на это можно было также долго, как на огонь и воду.

— Думаю, хватит с них, — с десятилетней усталостью сказал Даррен и взмахнул рукой.

Два темных столба взметнулись ввысь, сковывая Вирджиллию и Элнорда обездвиживающими чарами. Они упали на мягкую землю, как переспелые сливы. Морион пошел к ним и поднял в воздух магией, собираясь транспортировать до кареты.

Лорейн отозвала умертвий и отправила укладываться обратно. Кладбище шуршало, дрожало, суетилось и закапывалось. Она стояла с лопатой уставшая, будто сама перекопала каждый клочок земли.

Датур потянул ее в сторону выхода с кладбища, но не торопился отпускать ее плечи. Раньше времени разорвешь контакт — и тащить до кареты придется на руках.

— Я в порядке, — заверила она, и его руки разжались.

— А зачем все-таки лопата?

Лорейн посмотрела на рабочий инструмент и улыбнулась:

— На удачу.

Идиллическую тишину вдруг прорезал истошный вопль из склепа, Лорейн вздрогнула и посмотрела на Датура.

— Вивиенна. — Сказали они одновременно, разворачиваясь.

***

Следующие несколько недель выдались однообразно волнительными. Столичная полиция все же приехала к старогородскому кладбищу, когда магические взрывы прекратились. То есть утром, когда Лорейн с демоническими демонологами и след простыл.

Ее немножко мучила совесть, что опять пришлось нарушить пару глупых законов, вроде того, что запрещено поднимать городские захоронения. А она подняла штук двести за один раз. Ну и Вивиенну. Тоже сомнительное достижение. Но та не жаловалась. Ни в полицию, ни вообще.

С плененным ковеном в количестве двух штук тоже вопрос оставался подвешенным. Как и с людьми, которых они похитили для ритуала.

Герцогу они не доверяли (все-таки, его бастард натворил делов), уподобляться мерзавцам не желали. Оставался только один вариант: отдать преступников светлой половине правосудия столицы. Только и тут скрывалась сложность — единственным светлым магом, которому Лорейн доверяла, был лорд Фрей. К правосудию он не относился, но к политике — более чем.

В общем, подумав как следует, Лорейн решила, что пора прибегнуть к этому тайному оружию. Пойти к светлому папе и напомнить, что она любимая дочь. И единственная. А маме показать колечко и соврать, что вот почти-почти замужняя. Не хватает только чуть-чуть спасти молодоженов от виселицы.

Даррен ужасно не хотел отдавать трофейных врагов. Именно поэтому согласился. Потому что с каждым днем желание их убить перевешивало разумные доводы, подпитывало жадную тьму и толкало за границу допустимого. Он и без всякого светлого вмешательства скрыл бы все без следа. И это останавливало.