Книга Принц из книжного, страница 54 – Соль Валентайн

Но вместо этого мы сидим в уютной гостиной Игоря, расставив коробки от пиццы между игровыми полями «Монополии», а вместо пива пьем колу. Да и матерятся они сегодня подозрительно мало – разве что пару раз Влад не сдержался, когда Сашка скупил все железные дороги.

Мне даже стыдно становится: я играю как маленький ребенок и явно порчу парням праздник. Они стараются вовлечь меня в игру, подбадривают, но я чувствую себя лишней. К тому же никак не могу понять, злится на меня Игорь или все по-прежнему. После третьего круга «Монополии» я решаю, что посижу еще пятнадцать минут – только для приличия – и тихонько уеду, оставив парней веселиться без моей угрюмой физиономии.

Когда я встаю под предлогом сходить в туалет, Игорь неожиданно поднимается следом. В прихожей он ловит меня за руку, когда я уже натягиваю куртку.

– Все еще злишься? – спрашивает он, придерживая дверь, чтобы нам не мешал громкий смех из гостиной.

– Нет, ты что… – Я качаю головой, пряча руки в карманы. – Это ты должен на меня злиться.

– Тогда почему уходишь? – Игорь наклоняет голову, и его взгляд становится таким… внимательным. Таким знакомым.

– Чтобы вам не мешать, – пожимаю плечами я. – Одна девчонка в компании – никакого веселья.

– Эх ты! – Он вдруг смеется, и от этого смеха у меня в груди что-то теплеет. – Один хоккейный тренер – никакого веселья. У Михалыча записаны все наши дни рождения, наших родственников и друзей. И завтра нас ждет дыхательный тест в трубочку, а за его непрохождение – отстранение от тренировок.

Я широко открываю глаза:

– Так вы не из-за меня так прилично себя ведете?

– Нет, конечно. – Игорь ухмыляется. – Папа дома.

Мы оба смеемся, и в этот момент я понимаю, как сильно мне не хватало этого: наших глупых шуток, его смеха, этих разговоров в прихожей. Как будто что-то встает на свои места.

– Прости меня, пожалуйста, – говорю я, внезапно ощущая ком в горле. – Навалилось много всего. Я тебе столько наговорила…

– Забей. – Он машет рукой. – Мне иногда мать после работы таких звездюлей отвешивает, когда устает, а я всего-то посуду в посудомойку не закинул. Так что ты еще неплохо держишься.

Наступает неловкая пауза. Мы стоим в полуметре друг от друга, и я вдруг замечаю, как вырос Игорь за это лето, – теперь мне приходится слегка задирать голову, чтобы встретиться с ним взглядом. В гостиной Сашка что-то кричит, Влад хохочет, но здесь, в прихожей, время будто застыло.

И словно сама судьба, решившая прервать это напряженное молчание, в коридоре появляется тетя Маша. Она влетает в прихожую, сбрасывая мокрую куртку.

– Ну там и погодка! – восклицает она, тряся мокрыми волосами. – Ой, Лесенька, привет! Игореша, у тебя гости?

– Ребята зашли поздравить, – кивает Игорь.

– Ну и хорошо. – Тетя Маша проходит на кухню, оставляя за собой мокрые следы. – А то сидел один, на всех обиженный. Лесь, а ты чего в куртке?

– А я домой собиралась, теть Маш. Темнеет уже.

– Нет-нет-нет, никаких домой! – Она вдруг разворачивается ко мне с таким ужасом на лице, будто я собралась идти по минному полю. – Там ветрище игриво колышет арматуру, меня чуть не сдуло с дороги вместе с машиной. Сейчас или ливень начнется, или снег. Вы что, сообщения от МЧС не читаете? Для кого они вообще их пишут?

Я неуверенно оглядываюсь на окно – действительно, деревья за окном гнутся под порывами ветра, а по стеклу уже бьют первые тяжелые капли дождя.