Книга Тыквенно-пряный парень, страница 57 – Соль Валентайн

Кажется, я так устала от постоянных попыток сохранить хрупкое равновесие, что готова поддаться позорной панике и выскочить из класса. Но Лукин выглядит совершенно расслабленным и равнодушным, как будто ему совершенно плевать, победим мы или я сейчас обесценю все его усилия. Может и правда плевать. Что ему какая-то оценка по химии?

– Вопрос первый. Посмотрите на картинку и скажите, что объединяет эти предметы.

От страха я, кажется, готова отключиться. Кира Витальевна показывает небольшую карточку с двумя приклеенными фотографиями.

Рассыпанный кофе и острый перец чили.

– Алкалоиды, – вдруг вырывается у меня.

– Еще раз? – просит Кира Витальевна.

– Ну… в кофе кофеин. Кофеин – это алкалоид.

Я понятия не имею, есть ли какой-то алкалоид в остром перце, и вообще, что это такое. Но недавно я делала пост в телеграм-канале кофейни, где писала о том, что такое кофеин. Точнее, просто копировала инфу из интернета. Алкалоид – единственное, что я запомнила, связанное с химией.

– Ты что, угадала? – обреченно вздыхает учительница.

Я виновато пожимаю плечами.

– Ну не совсем. Я читала про кофеин. Но я не знаю, есть ли алкалоиды в перце.

– Капсаицин. Я рассказывала о них как-то раз. Жаль, конечно, что ты запоминаешь такие вещи из интернета, а не с моих уроков, но… поздравляю, Тимошина, держи свой приз и пользуйся им с умом.

Она смотрит на ржущего до колик Лукина.

– И всех остальных тоже касается.

Я смотрю на Риту, и робкая улыбка сходит с моих губ.

Никогда не видела у подруги такого холодного взгляда.

Да это же просто химия, черт возьми!

Оглушительно громко звенит звонок, он находится прямо напротив кабинета. И вместе с ним заходит наша классная.

– Ребята, на минуточку! Пожалуйста, буквально пару минут у вас отниму, потом отпущу пораньше с последнего урока. К нам обратился детский дом. Очень нужны волонтеры на новогодний праздник. В этом году им совсем не досталось финансирования, сами знаете, у нас с этим сложно. Нужны артистичные старшеклассники. Нарядиться Дед Морозом и Снегурочкой, разыграть небольшой спектакль, заслушать стишки и выдать детям подарочки. Если вдруг кто-то хочет, может – поднимите, пожалуйста, руку.

Мне не надо даже думать, я мгновенно тяну руку вверх. И краем глаза замечаю, как во всем классе точно так же, не раздумывая, мой жест повторяет еще один человек.

Конечно, это Андрей.

Тот, кто растет без родителей, не способен пройти мимо тех, кто нуждается в празднике. Мне хочется так думать. Мне самой часто дарили праздник. Когда люди узнавали, что бабушка растит меня одна, то всегда старались сделать что-то хорошее. Однажды Рита спросила, не унижает ли меня такое отношение.

– Как будто подачки. То куртку, то билеты в театр, то конфеты, то на елку. Типа на тебе, деточка, посмотри хоть, как дети живут.

– Нет, – пожала плечами я. – Куртка – это куртка, театр – это прикольно, конфеты мы любим, а на елках весело. У бабушки нет денег, чтобы везде меня водить, поэтому если предлагают помощь, мы пользуемся.

Тогда Ритин вопрос показался мне странным и нелогичным. Почему подарки и поддержка должны унижать? А сейчас я рада, что бабушка не воспитала во мне токсичную гордость, которая мешает жить.

– Альбина, Андрей, хорошо. Тогда после уроков подойдите ко мне, все расскажу. Всем спасибо, хорошего дня. Больше вас не задерживаю.