Книга Сквозь огненную стену, страница 93 – Саймон Пайнс

Какое-то время парню казалось, что он мертв, но боль вернула Джастина в реальность. Вставать не хотелось, даже несмотря на ветки, которые продолжали пытаться проткнуть его насквозь. Прежде чем продолжать путь, нужно было хоть немного отдышаться и прийти в себя, пусть даже в таком неудобном положении.

Джип проехал чуть дальше места потенциальной аварии, а затем остановился: водитель наверняка решил проверить, что же мелькнуло прямо у него перед носом. Со стороны машины послышался хлопок дверью и мужские голоса. Джастин точно не мог сказать, сколько их: он был занят тем, что пытался как можно тише и незаметнее выползти из куста и куда-нибудь спрятаться. Даже по интонации и доносившимся издалека обрывкам фраз можно было понять, что эти люди не похожи на таких, как Ричардсон или Мур. Скорее уж они из тех буземцев, которые обрадовались падению закона и решили делать все, что только могло прийти в их тупые головы. С ними Джастин желал встречаться меньше всего.

Куст предательски трещал от малейшего движения, поэтому парень вскоре оставил тщетные попытки выбраться и постарался затихнуть. Еще оставалась надежда на то, что в темноте его просто не заметят.

– Фред, дерьма ты кусок, так сложно смотреть на дорогу? – ругань становилась все ближе, и Джастин почувствовал, что способность дышать больше не была ему доступна.

– Да хрен с ней, тебе не все равно, кто там был?

– Мне-то все равно, но если это был олень, и ты его сбил, я с удовольствием сожру его даже сырым.

Краем глаза Джастин видел, как по асфальту скользил луч света. У них был фонарик, а это означало, что до обнаружения потенциального виновника аварии оставались считанные секунды. Парни подходили все ближе, рассматривали каждый куст и постоянно переругивались. Джастин не мог точно сказать, говорил это опыт или же внутренний голос, но знал: эти люди плохие.

Одна из трех фигур резко и уверенно повернула в его сторону, словно у нее была конкретная цель. Уэллс зажмурился, но фигура, судя по шуршанию остатков травы, которые с трудом пережили два Дождя, не стала задерживаться у пострадавшего куста. Ее целью была небольшая будка электростанции, раскуроченная взрывом.

– То, что нужно.

Джас услышал почти неразборчивый самодовольный шепот, за которым последовал многократный металлический стук, сменившийся тихим шипением. Баллончик с краской. Эти придурки еще и вандалы.

Парня, который на всех злился, Джастин принял за лидера – и не ошибся: заметив отсутствие художника, он направил свет фонарика на свежий синий рисунок непонятного содержания и снова закипел от негодования.

– Дилан, ты ни черта не помогаешь! Либо ищи, либо засунь свой баллончик себе в задницу и оставайся здесь. Достал уже.

Художник снова что-то пробурчал себе под нос, но все же убрал баллончик и собрался было возвращаться, как его взгляд упал на куст странной формы. Дилану потребовалось всего несколько секунд, чтобы встретиться взглядом с испуганными глазами Джастина, сверкавшими даже в темноте.

– Твою ж мать! – завопил Дилан, отскочив от куста. – Марлон, тут что-то есть!

Реакция Марлона не заставила себя ждать: Джастина тут же ослепил свет, и он инстинктивно поморщился. За два дня его глаза привыкли к полумраку, поэтому даже не самый мощный фонарик причинял им дикую боль, однако лидер совершенно не собирался убирать луч в сторону.