Книга (Не)любимая невеста Императора дракона, страница 98 – Мира Влади

Горячие и неудержимые слёзы жгли щёки, и я не пыталась их остановить. Я злилась на него. За всё, что он принёс в мою жизнь. За смерть бабушки, за разбитое сердце, за сгоревшую деревню. Но сейчас, глядя на него, на его бледное лицо, на его кровь, я почувствовала, как внутри всё бьется в агонии от одной только мысли, что он умрет. Что с ним что-то случится. Пусть живет далко от меня, где-то в своем замке, пусть окружит себя фрейлинами, но будет жив...

И ведь Тирон снова спас меня. Не просто рисковал своей жизнью, а буквально одал ее за меня...

Я даже особо не задумывалась. Это был порыв из самой души. Древний, как сама магия. Он захлестнул меня, и я наклонилась к нему. Осторожно своими губами, мокрыми от слез, коснулась его тёплых губ.

Я... сама целовала Тирона. Нежно трепетно. И в этот момент моя светлая магия хлынула из меня, как река. Она текла через мои руки, через мои губы, вливаясь в него, как серебряный свет, как звёзды, падающие в ночь.

Я чувствовала, как она наполняет его, исцеляет его раны, выжигает тёмную магию Илисты, что пыталась забрать его жизнь. Придает сил его дракону.

Сжала пальцами его камзол, локоны мои упали на его лицо, и я не отстранялась, пока не почувствовала, как его дыхание становится глубже, как его сердце бьётся сильнее.

Пока его сильные руки не обняли меня за талию и он не начал отвечать на этот поцелуй... Уже совершенно не как умирающий!

Я отстранилась, задыхаясь,мои глаза встретились с его темными, теперь полными жизни, с искрами огня, которые я помнила с тех времён, когда восхищалась им.

Губы Тирона изогнулись в тёплой, искренней улыбке, такой, какой я не видела никогда.

– Элина… – прошептал он хирпло. – Ты…

Я не успела ответить.

Тело его вспыхнуло, как факел, и я отшатнулась, прикрывая глаза от ослепительного света. Огонь, яркий, как солнце, окутал его, и в следующий миг передо мной возвысился он — Тирон, но не человек.

Огненный дракон, огромный, с чешуёй, пылающей, как расплавленное золото, и крыльями, что отбрасывали тени на землю. Его глаза горели, как угли, а рёв, что вырвался из его пасти, заставил землю задрожать. Он был полностью восстановлен, его сила, его огонь, его дракон — всё вернулось.

Я же как зачарованная рассматривала его во все глаза. Какой же он мощный, красивый и величественный...

Илиста, отвлеченная боем с волками, закричала, её лицо исказилось от ярости, и она подняла руки, её тёмная магия закружилась, как чёрный вихрь.

Но Тирон уже был в воздухе, его крылья рассекали небо, а огонь, что вырывался из его пасти, был как буря.

Он атаковал её, его когти разрывали её щиты, его пламя жгло её тёмные сгустки. Она была сильной, её магия — древней, ядовитой, но Тирон был не один.

Гедеон, увидев главную угрозу, взмыл в небо в облике ледяного дракона, его чешуя сверкала, как алмазы, а дыхание было холодным, как вечная мерзлота.

Они сражались вместе — огонь и лёд, Тирон и Гедеон, их силы сплелись в смертельном танце. Огонь Тирона испепелял магию Илисты, а лёд Гедеона замораживал её пепел, заключая его в вечную тюрьму.

Илиста кричала, её голос становился всё слабее, её магия таяла под их натиском. Последний удар, огненный вихрь Тирона и ледяной шквал Гедеона, настиг её.

Она рухнула, её тело обратилось в пепел, а пепел замёрз, превратившись в чёрные кристаллы, что рассыпались по земле, как проклятый снег. Её магия умерла вместе с ней.