Книга Волчья ягода, страница 126 – Наталья Юрай

Золик что-то выкрикнул на незнакомом языке, развернулся, но меч Иван был быстрее. Воронович рухнул на колени, зажимая рукою живот. Он что-то говорил, но расслышать было невозможно: дружина бесновалась в смертоносном раже, забивая уже мертвых, не в состоянии остановиться, опьянев от вседозволенности и крови.

— Кликуша! — хохотнул Иван. — Выходи, словечком перемолвимся!

— Колючкин, сослужи мне последнюю службу, — взяла я ежика на руки и убрала за спину. Прятаться больше не имело смысла. Меня все равно поймают и изрубят, как несчастных девушек, чьи рубашки сейчас белели в темноте, напитываемые горячей невинной кровью.

— Ай да павушка! Ай да лебёдушка! — издевался княжич.

Я и вправду выглядела ужасно — в засохшей крови, растрёпанная. Ну и что. Какая разница, все равно умирать.

— А сам-то? Боров навозный! Урод!

— О-на! Смела! — Иван воткнул меч в землю и оперся на него. Устал. — Будешь мне служить? Не обижу. Кощеюшку найдёшь, а я тебя уваживать буду. Всех князей одолею, стану един княжить.

— Не станешь, кишка у тебя тонка, Ванюша

Я размахнулась и впечатала в лицо Марьиного мужа собравшегося в клубок ежа. Пока княжич пытался оторвать от себя Колючкина, побежала со всех ног к входу в Марьино подполье.

Избушка спустилась по столбу сразу, я вошла и оказалась в земляном коридоре. Темень непроглядная. Сунула руку в карман и обхватила переданный Марьей камень. Он грел ладонь, и я вынула его, уверенная, что он поможет. Из центра плоской гальки бил узкий,рассеивающийся фонтаном, луч. Куриный бог. Так мы в детстве называли такие камешки. Смотрели сквозь дырочки на солнце, загадывали желания и считали, что эта находка — на счастье. Луч двигался сам по себе, чертя медленно гаснущие линии на сырых стенах. Но вот он провел вертикальную черту, и земля раздвинулась, открывая знакомую темницу.

— Пришлшшшшлллаа. — Кощей покачивался на цепях. — Сумелааааа.

Не отвечая, ринулась туда, откуда лилась вода и подставила бадейку. Я набирала воду и поила, набирала и поила, набирал и поила, уже сбившись со счёту, машинально утирая костлявый подбородок, поддерживая голову. Не всматриваясь в того, кто постепенно обретал силу и плоть.

— Хватит! — я вздрогнула от окрика и выронила бадейку. Вода хлынула на ноги, приводя в чувство, заставляя понять, что только что натворила.

Сколько прошло времени? Пять минут? Десять? Полчаса?

Передо мной на цепях висел совсем другой человек. Налитое силой большое тело с густой порослью в паху. Крепкая шея. Черные, тронутые сединой спутанные волосы, острый взгляд, отражающий свет куриного бога.

— Почему к Волче не побежала, кликуша? — скрип цепей был все таким же мерным. — Пошто ко мне ринулась?

— Ты поможешь, — прошептала я.

— Смотри, — скомандовал тот, кого звали Кощеем, и без особого усилия свёл руки. Толстые звенья цепи лопнули и со звоном упали на пол. Я наблюдала, как сильные пальцы разгибали кандалы, как мужчина пропадает в сгущающемся тумане, а потом появляется вновь — в черном облачении и черном же шлеме на голове.

Кощей вышел в проем, ни сказав мне ни слова, ни пообещав ничего. Обманутые надежды были последней каплей. То, что возвращения не будет, не волновало, но я хотела наказать Ивана. Застонала, стукнув себя мокрой рукой по лбу: кто в здравом уме поверил бы отрицательному персонажу сказки? Бессильно прислонившись к холодной стене, закрыла глаза. Как же я устала. И правда, почему не к Волче?