Книга Лев для Валерьянки, страница 55 – Анна Леденцовская

С дочерью за это время общий язык его львячество найти пока так и не смог. Когда они шли из леса, он начал было заговаривать о ее переезде в свой дом, об учителях, представлении местному обществу, но девушка так яростно воспротивилась всему этому, что графу пришлось отступиться.

При любой попытке надавить Кейтса оборачивалась мантикорой и, расправив крылья, стрелой улетала в небо, оставляя папашу и дальше мучиться чувством вины. Граф надежды не терял и упорно пытался добиться своей цели, даже частично посвятив в свои планы Леру.

Сегодняшний день для работающей сейчас в саду Валерианны ничем не отличался от череды предыдущих. С утра они с Кейтсой, как всегда, сбежали из дома прогуляться по городу. Купили продуктов, присмотрели кое-что из одежды, посидели в парке у пруда, кормя булкой местных водоплавающих, ив очередной раз обсудили графа, призраков и парней.

— Ник говорил, что зимой городские балы проводят, — мечтательно протянула Кейтса, царапая прутиком на земле замысловатые вензеля. Братья Маерши появлялись в их доме всего пару раз, но всегда приносили ворох новостей и рассказывали что-нибудь интересное. — Парни в корпусе готовятся, хотя еще долго. На арене бои будут! А приз огромный! Двести золотых. Представляешь?

Сумма Леру впечатлила. На десяток этих монеток можно было прожить полгода. Скромно, без размаха, но вполне неплохо прожить.

— Можно будет сходить поболеть за наших, — предложила она, кроша булку в воду. Там скопилась стайка ярко-апельсиновых птичек с надутыми, как губешки силиконовых спутниц земных олигархов, клювами и выпученными глазами на подвижных, как у крабов, ножках. Птички жадно хватали корм, отпихивая друг друга, и шумно бранились между собой звуками «пррля» и «буррл».

— «Болеть»? — не поняла Кейтса.

— Поддерживать, я имею в виду. Просто там, где я раньше жила, это почему-то называлось «болеть», — пожала плечами Валерианна, сама не зная, как объяснить двуликой особенности русского языка. — Кстати, ты-то на бал точно попадешь. Твой отец, скорее всего, настоит на том, чтобы представить тебя обществу, а одно из зимних торжественных сборищ — прекрасный случай.

— А если я не хочу⁈ Представит как что? Ошибку молодости? Диковинную зверушку? — Кейтса подскочила с лавочки, отряхивая подол от крошек и распугав резким движением всех крылатых нахлебников. — Он так ничего и не узнал! Кто так поступил с моей мамой? Почему? Ему все равно! Зачем ему дочь вообще, если он прекрасно без нее обходился все эти годы? Лучше я научусь делать зелья и буду торговать ими в твоей лавке. Ты же позволишь? Я аренду буду платить.

Оборотница была настроена весьма решительно, и Лера только и смогла, что согласиться. Девушку и ее страхи она понимала, но и Мааля, внезапно узнавшего, что он отец взрослой дочери, тоже можно было понять.

Оправдывать перед Кейтсой графа она не собиралась, но точно знала, что он искал, точнее, искали его люди. Проверяли все зацепки и все ниточки.

К тому же самой Валерианне была передана приличная сумма денег с просьбой купить Кейтсе все необходимое из одежды и позаботиться о ней до тех пор, пока девушка не простит своегонепутевого отца.

Взвесив все за и против, отказываться Лера не стала. Во-первых, Мааль Нейрандес искренне хотел научиться быть сносным отцом, но просто пока не представлял как. А во-вторых, в противном случае самой Валерианне пришлось бы одевать Кейтсу на свои деньги, не оставлять же все как есть, а золота у нашей попаданки было не так уж много.