Книга Кофейня для разведёнки, или Неправильная истинная, страница 80 – Любовь Песцова

***

День уже давно перевалил за середину, а Кас всё не появлялся. Я обслуживала клиентов и скрипела зубами.

Вот так всегда! Когда нужно, от него не отделаешься, а когда ждёшь — не появляется. Как специально!

Хотя, может, и специально. Сам ведь мне книгу подсунул.

А самое обидное, что сама к нему я пойти не могу. Он ведь граф. Граф, Ёшкин пряник!

Уже представляю, как я стучусь в замковые ворота и вежливо объясняю стражам, что меня нужно срочно пропустить внутрь, так как я собираюсь самую малость отомстить их сюзерену. За что? А за всё хорошее.

Интересно, через сколько меня скрутят как оппозиционерку? Я бы поставила секунды на три.

Сиди потом вместе с политическими заключёнными, байки трави.

Нет уж, лучше тихо, спокойно подожду здесь. Должен ведь он объявиться рано или поздно.

Или что? Книгу отдал, а сам в кусты? Какие-то трусливые драконы пошли нынче. Хоть и продуманные.

С каждым часом желание убивать становилось всё слабее. Просыпалось понимание, что я, вообще-то, тоже виновата. Давно могла бы выяснить, что это за татуировка такая, но нет, я ведь занята была. Быт обустраивала!

А он всё равно козёл! И отомстить определённо надо! Столько потешался за мой счёт. Тут нужно хорошо постараться, чтобы мы хотя бы сравнялись.

Час-пик закончился, и кофейня снова опустела. Студенты и преподаватели отправились обратно на лекции, а клерки — на свои рабочие места.

Зазвенел колокольчик на двери — моё недавнее приобретение, — и я повернулась с дежурной приветливой улыбкой. Даже начала говорить заготовленную фразу, но сбилась, недоговорив даже первое слово до конца.

На пороге стояли свекровь с «корзиночкой». Сирил с любопытством оглядывался,мало обращая внимания на меня. Впрочем, как всегда.

А вот его мать наградила меня такой приторной улыбкой, что стало страшно.

Нет, серьёзно! Пусть лучше меня трёхэтажным матом кроет. Это привычнее.

— Я ведь уже сказала, что не буду вас обслуживать, — сказала я твёрдо. — Покиньте помещение, иначе я кликну стражу.

— Вивьен, ну зачем ты так? Вот вечно ты цепляешься ко всему.

— Я цепляюсь?! — Переспросила я.

— Мы ведь семья. Так что пора забыть старые обиды, — сказала экс-свекровь с той же самой елейной улыбкой маньяка.

Пока я переваривала это предложение, обдумывая, не сводил ли Сирил свою маман в SPA на лоботомию, Ирма шагнула ближе и добила меня окончательно.

— Завязывай с этой своей торговлей и возвращайся домой. Мы решили тебя простить.

— Завязывай с этой своей торговлей и возвращайся домой. Мы решили тебя простить.

На секунду показалось, что я снова попала в какой-то другой мир. А потом поняла, что нет.

Просто Сирил свою маман всё же не отвёл на лоботомию. А стоило бы.

— Фраза: «кому я должен — всем прощаю», обретает новый смысл. И знаете что, я вам официально разрешаю меня не прощать.

— Прекрати, Вивьен. Побунтовала и хватит. Зачем семью рушить из-за каких-то мелочей?

— Мелочь, уважаемая, у вашего сына в штанах. А вот своё здоровье, которое в вашей замечательной семье угробили за несколько лет, я мелочью не считаю.

— Хватит выдумывать. И вообще, ты ведь так моего сыночка обожала. Я знаю, такая любовь не проходит. Это навсегда! Не зря ведь говорили великие, что любить — значит видеть в человеке вечер, — выдала Ирма.

— Вечность, — подсказал Сирил.