Книга Кофейня для разведёнки, или Неправильная истинная, страница 84 – Любовь Песцова

— Повторить никогда не помешает.

Ирма закипала. Лицо пошло красными пятнами.

— Совесть бы поимел! К чужой женщине приставать, да ещё и на глазах у остальных! Тебя за домогательства арестовать нужно!

Ох, какие, оказывается, свекровь слова знает. Домогательства…

— И снова ошибка. Прямо как с выводами относительно названия. Эх, кажется, у нашей аристократии явная нехватка качественного образования. Нужно будет заняться этим вопросом.

— Что ты…

— Вивьен — моя женщина, — пояснил он.

— С чего это?!

— С того, что она — моя истинная пара.

Он сказал это так просто, словно это ни для кого не являлось секретом, а потом снял перчатку, демонстрируя и свой чёрный маникюр, и татуировку колючей проволоки на запястье.

— Не поможешь? — Спросил Кас у меня.

Вздохнув, я решила, что убить его могу и позже. А сейчас неплохо было бы утереть нос свекрови.

Улыбнувшись, я тоже закатала рукав, сняв браслет.

По залу пронёсся коллективный удивлённый вздох. А экс-свекровь вообще выглядела так, словно её сейчас инсульт накроет.

— А ты… вы... что…

— Оченьинформативно, — хмыкнула я.

— Кассиан ЛеГранд, — представился он с лёгкой, почти доброй улыбкой на лице. — Есть ещё желающие усомниться в моих словах или продолжить оскорбления?

Немая сцена длилась чуть больше минуты. А потом свекровь всхлипнула, прикрыла лицо руками и выбежала из моей кофейни.

Признаюсь, захотелось расцеловать Каса хотя бы за то, что Ирму отвадил. Причём, похоже, навсегда.

Но я всё ещё помнила, что, вообще-то, убивать его собралась.

Я закатила глаза, а потом посмотрела на посетителей. Кто-то ещё переваривал информацию, кто-то уже склонился в почтительном поклоне.

— Ваше Сиятельство, прощу прощения, что не признал сразу. Примите мои искренние извинения, — сказал один из моих постоянных клиентов — преподаватель в академии.

— Встаньте. Если бы я хотел, чтобы мне кланялся каждый встречный — представился бы раньше.

Люди, согнувшиеся в поклоне, выпрямились, ожидая дальнейших указаний. И они последовали:

— А теперь оставьте нас.

Уже через пару секунд кофейня была пуста. А я поняла, что нужно закрываться.

До конца дня так точно. А скорее всего — насовсем.

— Готовься, я собираюсь тебя убить.

— Знаешь, с одной стороны, умно, что ты не стала озвучивать это при свидетелях. Но с другой — очень опрометчиво предупреждать меня об этом.

Я смерила его злобным взглядом, а потом развернулась и, не говоря больше ни слова, ушла.

— Эй! Ты что, действительно обиделась? — Послышался сзади испуганный голос. — Это ведь ты первая начала меня игнорировать и прикрывать метку истинных. Я просто принял правила игры.

Не обращая внимания на то, что там говорит Кас в другой комнате, осмотрелась, а потом достала из ящика свою прелес-с-с-сть.

— Не злись, Вивьен.

— Я не злюсь, — сказала я, выходя из кухни.

— Правда?

— Чистейшая. Я в ярости.

Достав из-за спины скалку, я замахнулась ей как бейсбольной битой, готовая снести его глупую голову.

Увернулся, разумеется, сволочь такая. Зря я его, что ли, Джеки Чаном прозвала.

— Какого хрена ты меня за нос водил столько времени?

— А ты как могла не понять, что перед тобой дракон?

— Вопросы здесь задаю я!

Ещё раз замахнулась, и с тем же успехом.

Кас скакал по комнате, уворачиваясь от моей тяжёлой руки. Ничего, я знала, что рано или поздно я загоню его в угол.