Книга Лекарь для проклятого дракона, страница 75 – Кристина Юраш

— Чего ты хочешь? — спросила я, стараясь не опускать глаза. Но внутри всё дрожало — как в тот день в подвале, когда крысы облепили ноги.

Шарлин медленно обошла стол, её пальцы скользнули по краю, оставляя едва заметный след на пыльной поверхности. Она посмотрела на тонкий слой пыли на пальцах и усмехнулась.

— Ты посмотри! Тут столько пыли! И горничная, которой некогда ее убрать… Я смотрю, ты слишком наглая для горничной, — прошептала она, и в этом шёпоте звенела сталь. — Тебя ведь выделили и возвысили! Вон как! Личная горничная! — Она фыркнула, и в этом смешке прозвучало презрение, выстраданное годами. — А на деле — обычная игрушка. Что, впрочем, не даёт тебе права разговаривать со мной на равных. Я намного выше тебя по статусу…

Она остановилась у светильника. Его тёплый свет падал на её волосы, делая их похожими на золотую паутину. Но в этой красоте не было тепла — только хрупкость, за которой скрывалась жестокость.

— Ты уже так много обо мне знаешь, что прямо страшно становится, — сказала она, поворачиваясь ко мне. Улыбка не сходила с её губ, но глаза остались мёртвыми. — И про мою… личную жизнь… Может, тебе что-то рассказать? — Она сделала паузу, наклонивголову, будто действительно предлагала дружескую беседу. — А то всё твоя подружка бегает ко мне и бегает… Вот я здесь. Мы можем поговорить. Зачем узнавать всё из сплетен? Спроси у меня!

Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. Боль помогала не дрожать.

— Кто убил твоего ребенка? — произнесла я.

Шарлин замерла.

На мгновение маска дрогнула — и в глазах мелькнуло нечто живое: боль, ярость, страх. Но тут же всё исчезло, будто этого не было.

— Я смотрю, ты догадалась… — прошептала она, и теперь в её голосе зазвучала настоящая горечь. — А я ведь искренне хотела, чтобы тебя скормили крысам. — Она подошла ближе, и я почувствовала запах её духов — сладкий, как отрава. — И знаешь, как я расстроилась, когда ты осталась жива?

Она наклонилась, почти касаясь моего уха. Дыхание было тёплым, но слова — ледяными.

— Я очень надеялась, что яд, который ты выпила перед тем, как выйти из комнаты, подействует на тебя… А он, видишь ли, не подействовал. — Её пальцы коснулись спинки кресла — нежно, почти матерински. — Видимо, я неправильно рассчитала дозу.

Я настороженно смотрела на нее. Эта откровенность явно не просто так.

— Что ж ты своего графа не очаровала? — спросила я.

Шарлин резко выпрямилась. На мгновение её лицо исказилось — и я увидела ту, что прячется под маской ангела: измождённую, злую, сломленную.

— Увы, магия действует не на всех… — ответила она, и голос дрогнул. — Например, на дракона — нет. На сильных магов — тоже не всегда. Или частично… — Она сжала губы, будто сдерживая слёзы. — В моей родовой магии есть свои тонкости…

Она задумчиво склонила голову, глядя на меня.

— Знаешь, в прошлый раз тебе повезло. Мне просто стало любопытно, что у вас с герцогом. Я всегда стараюсь узнать о человеке как можно больше, чтобы потом не попасть под подозрения. Чтобы его поведение не сильно отличалось от того, как он ведет себя обычно.

Она глубоко вздохнула, словно собираясь с силами, и вдруг — изменилась. Плечи расправились, подбородок взмыл вверх.

— А вот теперь ты мне немного мешаешь, — сказала она, и в её голосе снова зазвучала холодная уверенность. — Слуги поговаривают, что герцог поехал за кольцом. Поскольку у меня уже есть кольцо… — она провела пальцем по тонкому золотому обручу на безымянном пальце, — то я предполагаю,что кольцо — для тебя…