Книга Моя свободная нечисть, страница 137 – Александра Черчень

Такова была традиция в драконьих родах – не показывать новорожденных раньше этого срока.

Первой, разумеется, приехала Саечка, в ее руках была огромная книжка с картинками.

– Я понимаю, что книги еще рано, но эта – особенная! Это магические сказки. Ей совсем скоро должно стать интересно.

Она положила большой томик на стол, два раза стукнула по корешку и открыла. Над страницей появился иллюзорный городок, по которому ходили люди, и заиграла тихая музыка.

– Единый, какая она красивая, – с благоговением протянула Сая, неловко, но аккуратно принимая мою девочку на руки. – Пусинда, я никогда не видела маленьких детей, представляешь? Я и не думала, что они такие… хрупкие! И пахнут так чудесно…

Она склонилась к макушке моей дочери, Аэлинка заагукала и схватила библиотекаршу за выбившуюся из прически волнистую прядку.Та лишь рассмеялась – тихим, счастливым смехом, который я слышала от нее все чаще в последнее время.

– Ой, цепкая! Настоящая исследовательница, – пошутила она, осторожно высвобождая волосы из крошечного кулачка.

Чуть позже, когда мы сидели на игровом коврике в детской и Саечка трясла над Аэлинкой погремушкой, я заметила, что на безымянном пальце сверкнуло новое украшение – изящное кольцо с темным сапфиром, обрамленное белым золотом.

Я подняла брови. Сая покраснела, попыталась спрятать руку, но потом выдохнула и сама ее протянула, с гордым и смиренным сиянием в глазах.

– Ты же говорила, что ни за что и никогда и это «просто для здоровья»? – не удержалась я, чтобы не подколоть ее.

Сая залилась румянцем еще сильнее, но ее губы растянулись в широкую, беззащитную улыбку.

– Ну, знаешь ли… здоровье – здоровьем, – начала она, глядя на кольцо. – Но оказалось, что трех лет вполне достаточно даже для самого упрямого аристократа, чтобы доказать, что он больше не подлец. Слушать про мои изобретения и вникать, а не кивать из вежливости. Запомнить, что я люблю в чай добавлять мед, а не сахар. И… – она потупила взгляд, а голос ее стал тише, – и что он готов ждать столько, сколько нужно. Даже если это «никогда». А когда ждешь всерьез, «никогда» иногда заканчивается.

Она помолчала, наблюдая, как Аэлинка с торжествующим видом завладела ее шарфом.

– И еще выяснилось… что скоро нас станет больше.

Я замерла, переводя взгляд с ее лица на еще плоский живот.

– Сая… Ты?..

Она кивнула, и в ее улыбке было столько тихого, светлого счастья, что у меня екнуло сердце.

– Да. Всего пару недель. Еще даже не верится. Лиар… он когда узнал, сначала онемел, а потом поскакал по особняку, кричал что-то про наследника и династию. Потом вернулся, встал на колени и спросил, не передумала ли я его выгонять теперь, когда он «закрепил успех самым подлым способом».

Мы обе рассмеялись. Аэлинка, услышав смех, подползла к Сае и потянулась к ее животу, что-то весело лопоча.

– Смотри, – прошептала Сая, гладя мою дочь по головке, – они уже знакомятся.

Мы сидели в уютной гостиной, залитой поздним солнцем. За окном разливался золотой закат,окрашивая облака в розовый и персиковый. И глядя на эту картину – на свою ползающую дочь, на подругу с сияющими глазами и новым кольцом на пальце, на мирный сад за окном, – я почувствовала то самое простое, глубокое, ничем не омраченное счастье.

Оно было теплым, как этот солнечный свет, и прочным, как стены нашего с Эолом дома.