Книга Доведи демона. До любви и до ручки, страница 69 – Таня Драго

Дейран хмурится.

— Хорошо. А скажите, зачем тогда — в Долину?

И показать ему ветку, да? Нет, не сейчас, не могу. Тогда нужно объяснить, как мне вчера стало тесно, жарко, невыносимо от твоих поцелуев. Как хочется быть с тобой одним.

— А какая вам разница?

— Вы не понимаете, Аки Кейран. Вы слабы и недолговечны. Ваша жизнь для демона — как мгновение. И потому не ценна. Как бы вы ни были сильны, вам придетсяпринять то, что я сейчас — ваша единственная защита.

— И спрятать голову, не выказывать воли? Нет. Так не пойдет. Я буду делать то, что хочу и могу, когда это в интересах вашей расы, Дейран. Они меня не защищают, да. А я вам пообещала именно это.

Демон практически зарычал. О, да, с его точки зрения я поступила неразумно. Да более того, я сама сейчас не уверена, что все правильно. Но поговорить с Арвой нужно. Если это вообще возможно, конечно. Торвальд верит, что возможно. Я верю, что это — единственный путь.

— Хорошо. В таком случае, мне просто все равно, что вы думаете. Вы больше без меня не путешествуете. На этом все.

— Это приказ, Дейран Аскоральф? — насмешливо осведомилась я.

Дейр зло выдохнул.

— Да.

Он перешел в свою вторую форму моментально. Еще миг, и мы взлетели над гревингом, я едва успела ухватить много значащую ныне сумку. Дейран уселся на животное, усадил меня вперед, грубо схватил поперек талии, и мы очень, очень быстро покинули Долину.

Протащил по коридорам замка, схватив за запястье. Врассыпную от него — девушки-служанки, даже Ингвер отошел от гнева Дейрана беззвучно. Никто не хочет связываться с Двенадцатым. Ну и да, втолкнул в покои да был таков. Я услышала, как с той стороны в двери поворачивается ключ.

Аскоральф. Замок

Дейран не мог успокоиться. Как ни хотел, не мог. Он уговаривал себя, что это только беспокойство хозяина, уговаривал, что действительно, эйлар Аки очень ценна, ведь отцу действительно стало лучше. Но ничего из этого не было правдой, и уж ему это было совершенно точно известно. Он злился на нее.

Ужасно.

Невероятно сильно.

Она посмела отнять.

Из-за какого-то упрямства непонятного.

Посмела не дорожить собой. Да как ей вообще в голову пришло уехать одной? Он уговаривал себя, что все это от того, что он столько в нее вложил. Вспомнил фиолетовое платье, которое она не носит, демон бы побрал ее тонкую фигуру, скрывать которую — просто преступление.

Акинель делает то, что хочет.

А сегодня только седьмой ее день на Аскоральфе.

Что еще ей в голову взбредет?

Дейран понаставил защитных заклинаний и ушел в гостиную. Единственное, чего хотелось, выместить на ком-то эту непроходящую злость. В груди почему-то жгло. Невыносимо.

В гостиной, за столом, перебирая какие-то записи, сидела Седьмая.

— А, Двенадцатый. Я решила вам помочь. Разобрала вот записи по болезни, какие нашла в библиотеке. И мифы, — она хлопнула по большой стопке книг. — Эйлар Аки просила мифы еще, но осилит ли такое количество? Там все про травы, да про опасность в пути, да про кровавые часы, в которые одолень-чают надо собирать. Ну, ты знаешь. Как прочтет, надо бы с Торвальдом посоветоваться. И к Арве бы съездить.

— Эйлар Аки больше из замка не выйдет, — рыкнул Дейран.

Эрма усмехнулась, откладывая очередной свиток.

— Что с тобой, Дейран Аскоральф? Ты так говоришь, словно горишь, в тебе говорит путь Шелковых Пут, словно тебя уже притянули так, что больно. Злишься сильно. Ярость сжигает, брат. Уж лучше, знаешь, любить, чем злиться. Что с тобой? Что сделала маленькая эйлар, что ты решил ее не пускать в Долину? Или… не только в Долину, дай угадаю.