Книга Фею вызывали?, страница 9 – Полина Лашина

Она. Едет. На первый. В ее жизни. Доисторический. Бал!

То есть ужин, конечно, но... там будут люди в исторических платьях, причем для них это не маскарад, а жизнь! Будут магические светильники, к которым Веля только начала привыкать, кажется, даже фейерверк – тоже магический. Эх, жаль, что телефон разрядился, фоточки на память не сделает.

Леди Шарлотта, сидящая на сидении напротив, что-то без устали щебетала, повторяя по кругу "наиважнейшие последние" наставления. Только Веля не слушала.

– Нет, так дело не пойдет! – воскликнула в итоге Шарлотта и достала из миниатюрной сумочки крошечныйфлакончик. – Вот, выпей!

– Успокоительное, – заверила с самым честным видом ведьма, открывая пробку флакона, поскольку девушка не торопилась.

Сильно пахнуло валерьянкой, и Веля решилась. Протянула руку.

А дальше... мир стал ярче и милее.

Ее ждал праздник!

Конечно же, Эдвард не вытерпел и отправился на гархов ужин к Фенеерегам. Что бы лично проконтролировать там выходки своей неугомонной мачехи, которая точно что-то задумала. Еще и чужемирянку туда потянула.

Хвала богам, не в роли его спутницы, а в качестве своей гостьи.

Гостьи семьи Альбергер, чье имя ведьма, к сожалению, имела право носить!

Эдвард так и не простил отцу, что тот ввел в их семью ведьму. Да, Шарлотта была красивой женщиной, даже спустя столько лет, но... ведьма! От них всегда ожидали пакостей. И заслуженно!

Хотя в том, что отец погиб так рано, Эдвард Шарлотту не винил – это все их родовое проклятие, от которого уже столько поколений безуспешно пытались избавиться его предки. А суть его была в том, что первая жена очередного графа Альбергер обязательно умирала вскоре после свадьбы. Максимум разве что успев родить наследника. Первыми в семье всегда рождались мальчики, наследующие это гархово проклятие.

Кто-то из предков пытался обмануть проклятие, не допуская зачатия, даже не трогая свою жену. Но графини все равно умирали в течение нескольких лет – падали с лошадей, лестниц, чахли от внезапной болезни. Сами же графья умирали – также по совершенно разным причинам – спустя лет десять, не больше, от рождения наследника.

Так что не удивительно, что некогда большой и сильный род Альбергер постепенно хирел, и сейчас Эдвард был его последним представителем. Конечно, о своем проклятии молчали, но другие тоже замечали череду ранних смертей в их семье. Так что находить жен становилось все сложнее, приходилось брать невест из слабых семей, разорившихся, даже из купеческих!

Но это никак не спасало самих бедных женщин. И Эдвард не хотел быть причиной гибели еще одной несчастной. Как и сокращать собственную жизнь только ради появления следующего проклятого ребенка, который унаследует не только его кровь, но и наказание неизвестно за что неизвестно кого из предков. Он не желал подобной судьбы собственному дитю.

Может, пусть их проклятый род прервется на нем? Или перейдет все, вместе с проклятием, троюродному брату Гилберту из младшей ветви? Просто Гилберт еще не понимает, чего он так страстно хочет заполучить.

Так и получилось, что в свои тридцать семь лет, что для мага еще молодостью считалось,Эдвард был холост. И менять свой семейный статус не желал. Все свое время он тратил если не на дела графства, то на службу на благо королевства.