Книга Бедная попаданка, богатая попаданка, страница 120 – Полина Лашина

– Но так совсем неинтересно! – воскликнула Лиза, на самом деле так думая. – Целый якобы магический мир и при этом... ничего магического? Кроме нескольких артефактов, которые даже не вы сами делаете, а... непонятно откуда берете, а некоторые и вовсе из гиблых мест приносят. Такое впечатление, что вы пользуетесь остатками чужих "цивилизаций", а ваши маги – не более чем... "мутация" обычных людей? Кхм, то есть я не имела в виду ничего плохого... И даже на целительскую магию ты не дал мне сегодня посмотреть!

– А ну-ка расскажи подробнее, что значит "му-атации", – велел мужчина, кладя тяжелую руку ей на плечо.

А затем вдруг откинулся назад, на тощие местные подушки, утягивая ойкнувшую девушку вслед за собой. Поскольку кровать была недостаточно широкой для них двоих, то оказалось, что лежбище занял своей тушей мужчина, а Лизу устроил на себе. Прижал к обнаженной твердой груди с обжигающе горячей кожей, не обращая внимания на трепыхания девушки. И отпрянуть Лизе некуда, даже еслибы ее выпустили из объятий – позади стена.

И какого черта она все это ляпнула! Кто ее за язык тянул? Или... а вдруг умение разболтать противника тоже есть в секретных способностях боевых магов? Как бы ей сейчас что-то важное не сболтнуть.

Но пока мужчину вроде интересуют только ее иномирные термины, и он даже не лапает ее, просто удерживает, то почему бы не заговорить его. Как та Шахерезада – чтобы он забыл, зачем пришел. А там, как в сказке, может, и утро наступит.

К тому же хоть ее и смущали столь интимные объятия с полуобнаженным мужем, от него на удивление не воняло потом. Лишь небольшой, едва уловимый терпкий запах слышался от мужчины, что вовсе не отталкивало. А что он слишком жаркий... Так через дырявые щелями ставни из окна поблизости уже ощутимо тянуло ночной прохладой, поэтому живая грелка под боком – вполне удобно.

Так что постаравшаяся расслабиться Лиза, подбирая максимально простые слова, стала рассказывать о мутациях, и как они полезны для эволюции. О генетике, селекции и выведении новых сортов и пород, осторожно намекнув, что, может, маги – это просто удачно улучшенная порода людей, которые когда-то приобрели полезные свойства по той же регенерации, и кто знает, что еще. Она расскажет ему что угодно, лишь бы не вспоминал о супружеском долге.

– В вашем мире точно нет магии? – усомнился барон.

Он на удивление слушал ее внимательно, не перебивая, лишь изредка задавая уточняющие вопросы. То ли ее муж был вполне умным – с учетом местного-то уровня тотальной неграмотности, то ли она настолько умелым лектором, но вроде бы барон все в ее словах понял.

– Точно. Но есть наука, то есть когда умные люди разбираются во всех деталях разных сфер жизни, пишут об этом книги...

– То есть вы называете магию другим словом?

И что тут возразить? Порой Лизе самой казалось, что наука ее мира творит ну совершенно уж фантастические, волшебные дела.

– А в тебе точно нет магии? – новый вопрос от мужа.

– Ну, я не умею ничего магического – метать молнии и огненные шары, заставлять исчезать предметы или... даже не знаю что. Ничего необычного я не умею.

На что мужчина опять хмыкнул.

– Я могу только так, совсем не огненный шар, конечно, – сказал вдруг барон, щелкнув пальцами приподнятой руки.

И на кончиках его пальцев вдруг полыхнули синиеогоньки, быстро исчезая.