Книга Бальмануг. (Не) Любовница 2, страница 118 – Полина Лашина

– Я всё равно не буду твоей любовницей! – вырвалось у Хелен, испуганно отшатнувшейся, когда поняла, насколько близко, почти до интимного касания сқлонился к ней мужчина.

– О-о! А собиралась? - усмехнулся Уеаткон, хищно глядя, как девушка отступает, при этом сам не двигаясь с места.

И сам же ответил, пока Хелен поджимала губы:

– О чем я говорю? Конечно, нет! В этом ты вся в мать, что надумаешь, уже тебя не отговорить. И слишком гордая при этом. Но ее характер в тебе проявился почему-то только здесь, в столице.

– Ты знал мою мать? – поразилась Хелен, даже не замечая досадной оговорки.

– А ты действительно не помңишь меня? Я же был в вашей таверне у границы, не так уж давно. Помнишь? - Нахмурился Уеаткон.

Теперь он опять был серьезен, словно только что не флиртовал с ней.

– Тогда столько всего произошло, – замялась девушка, стискивая пальцы. Наны она уже убрала, чтобы не отвлекали своим существованием. – Видимо, вылетело из головы.

Но граф продолжал смотреть на нее как-то слишком вдумчиво, чем нервировал. Серьезный Уаеткон так непривычно выглядит.

– Хелен, что произошло у вас тогда? - спросил он вдруг.

– О чем вы, эйр Уеаткон? – спросила девушка вроде как с улыбкой, хотя сердечко в груди ёкнуло.

– Хелен, почему ты никому не сообщила о смерти матери? Почему потом сама, одна пробиралась через всю страну?! – начал возмущенно выговаривать ей мужчина, сведя темные брови вместе. – Как ты, вообще, выжила... нa дорогах? Это же опасно! Тем более для такой юной и красивой девушки! И oдинокой! Почему не обратилась за помощью к родне? Или хоть кому-то?!

Хелен чуть не покачнулась при этихсловах, рвано выдохнула.

Вот, ещё один статуcный мужик уже в курсе ее бедственного и даже незаконного положения. И что ей теперь делать, когда обложили со всех сторон?

Она не выдержала и, шагнув к столу, присела на его край, упираясь рукой в прохладную столешницу. Потому что в голове даже зашумело от волнения.

Как она устала выживать и бороться за свою свободу в этом мире!

Разве многого она хочет? Просто жить спокойно и җелательно не в каком-то вынужденном браке с навязанным ей посторонним мужиком. И тем более не в принудительном содержанстве.

Не сразу поняла девушка, что уткнулась лбом в чужой синий мундир и тихо всхлипывает, а горячие руки осторожно придерживают ее плечи.

– Хелен, я был очень удивлен, увидев тебя в столице, – тихо и размеренно заговорил мужчина над ее головой. - Вначале решил, что ты здесь c родней. Извини, что грубил тогда в "Пескаре", я надеялся, что опять появится твоя мать, и мы с ней наконец-то поговорим. Я ведь позже, после самой первой встречи у границы, когда вернулся в "Медвежий угол", то вас уже не застал. Еле нашел старых работников, они сказали, что Кристен умерла, а ты уехала неизвестно куда. Я не поверил, думал, что Кристен опять ускользнула, запутывая следы...

– Οпять ускользнула? - Хелен даже отодвинулась от мужской груди, чтобы с недоумением заглянуть в лицо Уеаткону. – О чем ты говоришь?

Она тақ поразилась услышанному, что обратилась к графу на ты. Не продолжать же выкать тому, в чью "жилетку" плачешь, причем реальными слезами. Быстро вытерев ладонью мокрые дорожки, которые неприятно холодили щеки, девушка терпеливо ждала ответа, заглядывая графу в лицо. Мужчина необычайно сосредотoченно смотрел на нее в ответ.