Книга (не)Бальмануг. Дочь, страница 34 – Полина Лашина

– А без него я буду плохо спать, плохо соображать, начну быстрее стареть, стану раздражительной... и вот тогда захочу устроить вам неприятности!

– Да что б тебя!

– Куда ж еще больше, – тяжело вздохнула Хелен, укладываясь и отворачиваясь к стенке.

Но поспать ей в ближайшие часы не дали. Спустя какое-то время к ней началось активное хождение. То ужин принесли, судя по запахам и количеству тарелок, гораздо лучшего качества, чем раньше. Майнард долго и дотошно проверял еду на разные виды отрав, прежде чем разрешил занести за решетку. А Хелен раздумывала, с чего вдруг такие послабления для "непонятного создания".

Дальше больше. Ей принесли и зеркало с гребнем, и новое постельное белье, на этот раз даже белое, с толстым одеялом и мягкой подушкой.

Ей принесли зеркало! Девушка с опаской заглянула в отражающую поверхность, чтобы наконец-то познакомиться с собой новой.В целом, типовая знатная жительница Осебрутажа: белолицая, темноволосая, темноглазая. Черты лица правильные, пропорции доведены до идеала за столетия селекции через "достойные браки" с такими же породистыми родами. Только теперь она чуть старше прошлой Хелен. Ах, да, Маккин ведь уже успела побывать замужем, конечно, она старше. Интересно, насколько? Или лишние годы накинулись из-за явной изможденности? Скулы как-то слишком выделяются на бледном худом лице, темные тени под впавшими глазами.

Нет, на лоснящихся краснокожих ракасов она совсем не похожа! Скорее уже на поднятое некромантом умертвие, что, наверное, недалеко от истины. Но зато кожа у нее хорошая, без изъянов, как и положено благородной эйре, заострившиеся черты вытянутого лица в целом почти идеальны, нужно только чуток наесть округлости.

То есть жить можно, хотя, конечно, никто из старых знакомых не признает ее в этой девушке.

И пока Хелен, не веря своему счастью от налаживающейся жизни, перестелила кровать новым бельем и села приводить волосы в порядок, путаясь и разбирая образовавшиеся за несколько дней колтуны, негромко ругаясь, ей принесли пару ведер горячей воды. Зачем так много непонятно, она ведь не может устроить мытье при нескольких мужиках, что так и остались в другой части камеры в качестве охраны. Кавим, кстати, тоже остался, но задумчиво держался в стороне.

На этот раз догадались принести и пару полотенец, и даже... ширму! Деревянную складную раму на ножках с яркими тканями на створках. Правда, пестрота, даже аляповатость рисунка на ширме заставляла задуматься, где безопасники так быстро нашли столь "женский" предмет интерьера, вряд ли кто-то из эйров из дома принес. Не хотелось думать, что в ближайшем борделе забрали. Стоит ли сейчас придираться к таким незначительным нюансам? Не в ее положении уж точно.

Так что Хелен не выдержала и, установив ширму около рукомойника, всё-таки устроила себе "банный день". Даже смогла прополоскать волосы. Мыльный раствор для мытья ей не догадались принести. Значит, собирали вещи мужики, а не "консультантши" из того самого борделя, вздохнула Хелен. Только сама не знала, от облегчения или разочарования вздыхала. Женщины наверняка бы догадались свежее белье ей собрать и необходимые косметические средства.

Удобства при мытьеголовы с длинными густыми волосами под хлипким рукомойником еще те, но даже так гораздо лучше, чем было.