Книга На уездной орбитальной станции, страница 83 – Полина Лашина

Чудо произошло. Азат победил. Значит, она выиграла. Чип удовлетворенно тренькнул, принимая суммы выигрышей на счет.

Ната недоумевала — неужели модификанты настолько живучи и не убиваемы? Или сосед немного сжульничал? Но как бы там не было она сразу подвесила на имя гладиатора пару больших мясных пицц из ближайшей к их дому нормальной пиццерии, где раскаткой и начинкой теста занимались люди, а не роботы. Сообщение о подвешенном и уже оплаченном заказе придет на чип Азата, а как и когда воспользоваться им, пусть мужчина сам решает. На этот раз Азат с ринга ушел на своих двоих, значит совсем скоро будет огурцом, как раз ему понадобятся калории на регенерацию. Или что там у них, людей улучшенных, происходит.

Как ни странно, но жизнь вроде стала налаживаться. По крайней мере Нате очень хотелось в это верить.

Биосфера наконец-то была сделана. Как же все сложно, многообразно и взаимосвязано оказалось в природе. Даже для их маленького изолированного кусочка живой природы пришлось докупать специальные бактерии, чтобы происходили необходимые процессы в земле. И запускать насекомых, не только как корм подселенным птицам, но также и для других необходимых природных процессов. А чтобы некоторые насекомые не размножались слишком сильно, пришлось подселять туда же и хищных насекомых. И предусмотреть, кто в свою очередь будет ограничивать рост численности уже этих жильцов. Пришлось Нате изучать, выстраивать и просчитывать всевозможные пищевые цепочки, и это с учетом того, что изначально биосфера планировалась без хищников. Но суть природы такова, что постоянно кто-то кого-то ест. Или использует иначе — не только для питания, но и для опыления, переноса своих семян или личинок и прочего размножения.

Сама с такой наукоемкой ситуацией Ната бы не справилась в рекордно короткие сроки. Джо, как специалист по растениям, подсказать что-либо девушке относительно представителей фауны не мог. Но он познакомил ее со своими знакомыми-учеными, которые заинтересовались проектом Наты и приняли живое участие в создании станционного самодостаточного питомника. И да, как оказалось, в станционном парке нет живых цикад, сверчков и вообще насекомых, всего лишь искусная звуковая обманка. Как и абсолютно мертвый грунт с точечной дозированной подкормкой конкретным растениям.

Что для публичного парка, посещаемого любым желающим жителем станции, вероятно было оправдано по биобезопасности. Все же орбитальная станция — искусственный замкнутый сам в себе объект с системами принудительной фильтрации воздуха. И если бы в парке были многочисленные живые биоорганизмы, то слишком велика вероятность, что они могли неконтролируемо распространиться по станции. И не известно к чему бы это привело в итоге. Хватало людям для сложностей и той немногочисленной живности, вроде крыс и прочего, что проживали в технических шахтах и были не изводимым довеском к любой космической станции. Но это было давно известное, свое «родное» зло, с которым смирились и научились удерживать его на строгоограниченной территории. Особо примирились с крысами «на кораблях» после пары случаев, когда в пустующие технические туннели, зачищаемые от земных грызунов, незаметно подселилась неземная форма какой-то заразы. С который люди долго не могли справиться за неимением подобного опыта, понеся большие, в том числе и человеческие жертвы. И раз природа не любит пустующие ниши, то человечество махнуло рукой и почти официально стало заселять нежилые сектора космических объектов своими хорошо знакомыми и привычными крысами. Которые замечательно охраняли вверенные им территории от посягательств иных форм жизни.