Книга Двойной эспрессо с апельсином, страница 57 – Виктория Цой

Я объясняла тему за темой, опираясьна записи, опускала воду. Макс кивал, записывал и параллельно задавал правильные вопросы, уточняя факты. Меня даже удивила его внимательность. А разве Дегтярева интересовало что-то помимо собственных интересов? Я уже сомневалась. Он не был похож на того безответственного мажора, которого я знала несколько месяцев назад. На данный момент я видела в нем другую личность, будто бы его подменили, нет, будто бы передо мной сидел абсолютно другой человек. Снаружи все тот же, а внутри…иной. Еще полгода назад Макс слонялся по учебным коридорам со скучающим лицом, всем своим видом давая понять, что окружающие пустое место. Он не считался с мнением одногруппников, несерьезно воспринимал преподавателей. Мне вспомнился момент на первом курсе, когда преподавательница по истории сделала ему замечание по поводу телефона. Дегтярев сидел прямо перед ней и пялился в экран своего смартфона, время от времени смеясь в голос.

— Ваша фамилия, молодой человек?

— Кто из нас преподаватель: я или вы? — был его ответ.

От подобной наглости у нее на секунду пропал дар речи. Студенты в аудитории зашептались.

— Как вы смеете? За несоблюдение субординации вы получите выговор!

— Ага, — и Макс просто встал и вышел, громко хлопнув дверью.

Теперь я не могла поверить в эти внезапные перемены. Разве человек может измениться и взяться за голову за одно лето?

Спустя час наше занятие прервало урчание моего желудка.

— Видимо пора сделать перерыв, — усмехнулся он, с шумом кладя ручку на тетрадь.

Похоже он прав. Я не ела со вчерашнего вечера.

— Но мы еще не закончили, — попыталась возмутиться я. — И ты принес пончики. Можем все-таки попить чай.

— Оставим чай на как-нибудь потом, — подмигнул мне Макс. — У тебя есть на сегодня какие-нибудь планы?

— Вроде нет, — немного подумав ответила я.

Если я даже забыла о сегодняшнем обещанном ему занятии, определенно сегодня был мой законный выходной.

— Тогда, — он поднялся и подошел близко, нависая надо мной внушительной фигурой. Личное пространство было нарушено ароматом вкусного одеколона. Сердце вдруг забилось быстрее, губы пересохли. Невольно я облизнула их. — На сегодня ты — моя, — почти шепотом произнес он, переводя свой взгляд на них.

Моя фантазия включилась на полную мощность, рисуя неприятные, нет, очень приятные картины.Я чувствовала силу, исходившую от него. Голова закружилась.

— Что? — сглотнула я.

— Пообедаем вместе и потом продолжим занятие. — Макс сделал шаг назад и все прекратилось.

— Хорошо.

Затянутое серое небо окутало город, из-за этого весь день казался унылым. Дождь то лил ливнем, то накрапывал противной моросью, образуя слякоть. Задувал сильный ветер, срывая едва державшуюся листву на деревьях. На мне были тонкие брюки, хлопковая рубашка и плащ, поэтому совершенно не готовая к такой смене погоды я успела замерзнуть, пока шла к машине.

— Есть какие-нибудь пожелания на счет кухни? — спросил Дегтярев, как только я села рядом на пассажирское сиденье. Автомобильный салон сразу окутал меня уютных теплом.

Мой желудок заурчал новой волной.

— Нет, я всеядная, — рассмеялась я, услышав реакцию на слово «кухня».

— Понял, — лучезарно улыбнулся он и завел автомобиль.

Мы приехали обедать в пиццерию, причем не в обычную. В отличии от встречаемых почти на каждом шагу фаст-фудов, эта заведение оказалось приличным кафе без толпы народа. Зайдя внутрь, я почувствовала прекрасный запах сыра, колбасок и свежеиспеченного теста. Мой желудок моментально совершил несколько кульбитов, требуя немедленно его накормить. Мы сели за свободный столик. Появился молодой официант с меню.