Онлайн книга «Словно ветер среди иссохших ветвей. Книга 2»
|
Насколько это глупый поступок? Сначала покалечил, теперь лечит… Еще и про благословение что-то говорит. А вот не надо было причинять ей боль! Слова сорвались с его губ прежде, чем Киллиан успел их остановить: – Я иногда бываю довольно вспыльчивым… Риетта посмотрела на него в замешательстве. Убрав руку со лба, девушка обхватила свое запястье, которое отпустил Киллиан, прижала к груди и начала поглаживать. Эрцгерцог, казалось, был в замешательстве. – Я не был таким с самого начала… просто Аксиас немного… – сказал Киллиан, нахмурившись, словно говорил сам с собой. – ?.. Его губы непроизвольно шевелились: – Нет. Это ведь моя ситуация… Я не прошу тебя понять меня… Просто я хотел сказать, что… Риетта недоуменно смотрела на него, поэтому Киллиан, помедлив немного, закончил разговор: – Прости. Девушка неловко взглянула на него, а затем отвела взгляд. – Нет, что вы… Я… Риетта сильно закусила губу и опустила голову. А потом еле слышно пробормотала: – Спасибо за то, что рассердились вместо меня. Посмотрев на свое слегка покрасневшее запястье, Риетта подумала, что ему необязательно извиняться, поэтому быстро спрятала руку за спиной. – Оно совсем не болит… И… – Поколебавшись мгновение, она добавила: – Простите за то, что заставила вас беспокоиться. Последние слова уже просто вырвались наружу. Риетта, поднявшаяся на второй этаж вместе с Киллианом, который последовал за ней, держала в одной руке банку с краской, а в другой широкую кисть, покрытую этой самой краской, и неловко улыбалась. Киллиан с интересом посмотрел на девушку и спросил: – Ты, кажется, говорила, что если нанести этот состав на оконную раму, то он будет давать водонепроницаемый эффект? – Да. Если покрасить рамы краской «Ралта», смешанной с маслом… Я всегда так делала в своем доме в Севитасе. – Хм… Несмотря на то что в Аксиасе для тех же целей применялись другие средства, эрцгерцог проявил интерес к новым самобытным решениям из отдаленных земель. – Я быстро закончу. Пожалуйста, присядьте пока на минутку. Риетта повернулась к окну и начала наносить краску на деревянную раму. Киллиан скрестил руки на груди и оглядел покои Риетты. Это была простая спальня с комодом, кроватью, шкафом, зеркалом, небольшим прикроватным столиком и вешалкой для одежды. Куда она предлагает ему сесть? Не было ни одного стула, которым можно было бы воспользоваться, поэтому Киллиан просто постоял некоторое время без движения, потом сел на кровать. Несмотря на то что она впустила в свою спальню мужчину, Риетта была полностью расслаблена и совсем не нервничала, продолжая спокойно наносить краску на подоконник. – Мой муж был хорош в этом. Он не только красил оконные рамы, но и рисовал картины на стенах и в других местах… – … – Все, кто приходил к нам домой, удивлялись, когда видели его рисунки. Джейд действительно очень хорошо рисовал, – бормотала Риетта, повернувшись к окну. Кажется, тот, кто расслабился, – это он сам. Потому что выглядел крайне нелепо. И кто был тот человек, который недавно оборвал Леонарда на полуслове, заявив ему, что никто не будет рад такому вот отношению? Эрцгерцогу нечего было сказать, потому что он, кажется, знал причину, почему девушка, которая почти не говорила о себе, вдруг начала рассказывать о своем умершем муже. Однако Киллиан не мог сидеть молча, поэтому задал вопрос, который можно было бы счесть неким ответом на ее слова: |