Книга Ненависть со вкусом омелы, страница 31 – Полин Мур

Будильник. Шесть тридцать утра. Сильная головная боль. Что будет, если все это объединить? Правильно, атомная бомба.

Сегодня мне по-особенному не хотелось идти в школу. Все тело сильно ныло так, словно вчера вечером я сначала устроила спарринг с каким-то очень большим мужчиной, потом покаталась на быке, а затем решила, что могу стать мишенью для футболистов. Больше всего болела область шеи. Боль была такая, как будто я ее потянула. Я выключила будильник, накрылась одеялом и продолжила дремать, пока не услышала незнакомый голос за дверью.

— Вставай уже!

Женский. Незнакомый. Голос.

Я распахнула глаза и замерла, лежа в постели.

«Где я, черт возьми?» — подумала я.

Приподнялась на руках, оглядела комнату и поняла, что она чужая. Совсем чужая. Входная дверь внизу хлопнула, а через несколько секунд я услышала звуки заводящейся машины. Выглянула в окно и увидела чужих людей. В этот момент мне в голову полезли самые страшные мысли. Меня похитили. Хотят продать на органы. Я в рабстве. Глазами я начала искать свои вещи, но их не было, и только когда я вскочила с постели, мой взгляд упал вниз.

Ноги. Огромные. Волосатые. Ноги.

Подбежала к зеркалу и закричала что есть силы. Упала в обморок. Встала через пятнадцать минут. Увидела себя в зеркале снова. И снова упала в обморок. После того как я пришла в себя, я начала себя трогать. Лицо, голову, руки, живот.

«Это что за идиотский сон?» — крутилось в моей голове.

Я была в одних трусах. Мужских трусах. Моя рука потянулась к резинки боксеров и отдернула ее.

— ГОСПОДИ, НЕТ!

Мое сердце стучало так громко и быстро, как никогда. Если я умру от слишком частого сердцебиения, то я ни капли не удивлюсь. Меня накрыла паника. Что делать? Что происходит? И где мое тело? Ответ вертелся на языке. Я быстро спустилась вниз, схватила первое попавшееся пальто, которое на меня еле налезло, а затем выбежала на улицу.

Сейчас раннее утро, поэтому людей было предостаточно. Одни спешили на работу, другие в учебные заведения, третьи выгуливали домашних питомцев, а я, стоя на заснеженной улице в одном пальто и домашних тапочках не понимала, куда мне идти.

— Извините, как пройти на Рэйвен-стрит? — спросила я у мимопроходящей женщины, которой на вид было лет семьдесят.

— Кристиан, милый, ты бы не разгуливал в такой легкой одежде. — женщина мило улыбнулась мне, а я раскрыла глаза еще больше, когда она начала приближаться ко мне. Дай-ка я тебя застегну получше!

Незнакомка ухватилась за мое пальто, а затем раскрыла его, устремляя свой взгляд на почти голое тело. Напомню, что ничего, кроме трусов на мне нет! Женщина перевела взгляд на мое лицо, а я быстро отскочила назад и застегнулась на все пуговицы, а затем развернулась и побежала в неизвестном направлении.

— На следующем перекрестке налево до конца улицы, а потом направо и еще раз направо, а потом…, — услышала я себе в спину.

Возможно, вы думаете, почему я не успокоилась и не начала думать головой? Посмотрела бы я на вас, если бы вы проснулись в теле здорового парня! Я сделала как сказала незнакомка и дошла до знакомой улицы, по которой сама часто гуляю. Через пятнадцать минут я уже была на пороге своего дома, боясь зайти внутрь. В тот момент, когда я вспомнила о запасном входе, дверь в дом распахнулась, и я увидела радостные глаза Луизы.