Книга Личная тень для дракона. Выжить в академии, страница 132 – Ардана Шатз

Вот только когда поднялась по лестнице, ноги почему-то сами свернули направо, и я остановилась перед дверью Кириана.

Я даже не постучалась. Наверное, боялась, что пока буду ждать ответа, испугаюсь и передумаю. Просто толкнула дверь и вошла без спроса.

Кириан лежал на кровати с книгой в руках. Из одежды – только легкие домашние штаны. Он оторвался от книги и удивленно взглянул на меня.

– Лира? Что-то случилось?

Мой взгляд блуждал по его обнаженному торсу с крепкими, рельефными мышцами, скользил по его лицу, по тонким губам. Во рту резко пересохло, а я совершенно забыла, что держу стакан с водой. Кивнула в ответ на вопрос Кириана, и он тут же оказался на ногах.

– В чем дело?

Его взгляд был полон искренней тревоги. Тревоги за меня. Кир подошел ближе, и я решилась. Будто бросилась со скалы в ледяную пропасть.

– Я тоже тебя люблю.

Вместо голоса я смогла выдавить лишь сдавленный шепот. Но Кириан услышал. Он взял из моей руки стакан, не спеша поставил его на комод, вернулся ко мне и медленно закрыл дверь, отрезая нас от всего мира.

Кириан

Она произнесла это едва слышно, но мне показалось, что слова выжгли на коже. В груди вспыхнул огонь, разгоняя лаву по венам с каждым гулким ударом сердца. Любит. После всего, что ей пришлось пережить из-за меня.

Я был готов к тому, что Лиру еще долго придется убеждать в том, что мои чувства искренни. Что потребуются месяцы на то, чтобы она начала мне доверять. А оказалось, что она тоже не притворялась, когда таяла под моими поцелуями. Когда обхватывала меня за шею, притягивая к себе, будто ей было мало.

Лира смотрела на меня большими глазами, в которых плескалась неуверенность, надежда и затаенная боль. Архон, да она до сих пор ведь не верит!

В сердце воткнули раскаленную кочергу. Я до боли сжалкулаки, ненавидя себя за то, что довел до такого. Моя девочка до сих пор боится, что я притворяюсь, но все же решилась признаться сама.

– Лира, я люблю тебя. – Отозвался я глухо, беря ее прохладные руки в свои. – Это не игра. Не притворство.

Она грустно улыбнулась, глядя на меня, и вздрогнула, когда я обнял ладонями ее лицо. Медленно поцеловал в приоткрытые губы, заставляя себя не торопиться. Хотя еще со вчерашнего вечера меня просто разрывало от желания. Воспоминания о горячих поцелуях на трибунах не давали заснуть всю ночь, затмевали сознание. И теперь, когда Лира была так близка, когда она призналась, я едва сдерживался, чтобы не потерять контроль.

Она подалась вперед, прижимая руки к моей груди. Прохладные ладошки должны были остудить разгоряченную кожу, но вместо этого лишь сильнее разожгли огонь внутри. Я сжал ее талию, прижимая к себе. Лизнул нижнюю губу, пробуя Лиру на вкус, ворвался в горячий рот.

Сознание уплывало. Все вокруг потеряло значение. Остались только мы с Лирой.

– Люблю… – Выдохнул я ей в шею, осторожно касаясь шелкового халатика, и он с тихим шелестом опустился на пол. Лира осталась в одной сорочке из шелка, который удивительным образом струился по ее телу, совершенно не скрывая изящной фигурки.

– Кир. – Отозвала Лира, и этот полувздох, полушепот ввинтился мне в сознание, снося последние крохи контроля.

Я подхватил ее под бедра и понес на кровать. Она испуганно ахнула, когда я навис сверху и коснулся края сорочки. Скользнул пальцами по голой коже, двинулся вверх, комкая шелк в руке.