Книга Мой бывший дракон — предатель, страница 51 – Тала Ачалова

Древнее строение из белого камня, чьи острые шпили, кажется, вонзаются в самое сердце облаков. Он окружен кольцом гор, чьи вершины увенчаны коронами из вечного снега. А ослепительно-яркое солнце, какое можно встретить только в горах, робко целует узкие, как бойницы, окна, осыпая их искрами.

— Как в сказке, — хлопает в ладоши София.

После южной неги горная прохлада обнимает своими ледяными пальцами, и Дейлис торопит нас:.

— Давайте скорее в дом.

И, когда мы заходим, я понимаю, насколько она надеялась, что мы переедем сюда.

В каминах зала и комнат танцуют языки пламени, разгоняя тьму, магические светильники льют мягкий свет, а из кухни доносится дразнящий аромат свежей выпечки.

Я бросаю на Дейлис взгляд, полный безмолвного укора, но слова застревают в горле, словно ком. Я боюсь показаться неблагодарной, но она, кажется, читает мои мысли.

— Я и впрямь надеялась, что вы найдете здесь свой дом, — говорит она, крепко сжимая мою ладонь. — Мне просто хотелось быть нужной.

Когда-то, в суете дней, из обрывка разговора я выхватила простую, как истина, фразу: настоящее счастье — быть нужным кому-то. И сейчас, глядя в ее светящиеся глаза, я понимаю, что в этих словах заключена великая мудрость.

До Рождества остаются считанные недели.

И это время мы проводим, вдыхая жизнь в старый замок, превращая его в уютное гнездышко. Ищем и отмываем от пыли старую ель, украшаем ее игрушками, развешиваем гирлянды, словно нити надежды, соединяющие нас.

А еще — много гуляем по окрестностям, наслаждаясь каждым моментом, лепим снежных человечков, словно создавая свою сказку. Ведь чудо рождается там, где его ждут.

В рождественский сочельник Дейлис вновь приезжает к нам, чтобы провести праздник вместе.

Пока София, склонившись над столом, самозабвенно творит кружевные снежинки, которыми они задумали украсить окна, словно морозные узоры на стекле, мама Нормана, словно искусный фокусник, отводит меня в сторону и извлекает из складок платья свиток пергамента, словно тайну, ждавшую своего часа.

— Знаю, до часа подарков ещё далеко, но, признаться, сердце моё не терпит хранить это в себе.

Я трепетно принимаю пергамент из её рук, словно хрупкую драгоценность, разворачиваю его и жадно скольжу взглядом по строкам, выхватывая знакомые буквы.

Слова пляшут перед глазами, и смысл их ускользает.

— Дейлис, что это значит? Вы дарите замок… нам с Софией? — спрашиваю я, медленно, словно пробуя каждое слово на вкус, словно сомневаясь в реальности происходящего.

— Именно! — восклицает она, поддавшись бурлящим эмоциям, и легко приобнимает меня. — Теперь, что бы ни случилось, вы всегда сможете найти здесь свой островок безопасности, свою тихую гавань.

— Я… даже не нахожу слов… Это, пожалуй, слишком щедро…

— Нет-нет, — возражает Дейлис, её объятия становятся крепче, словно она пытается удержать что-то ускользающее. — Всё уже решено. Это место — наследие Софии. Её колыбель, её пристань.

— Спасибо, — растерянно шепчу я, обнимая её в ответ.

Что-то в её словах, особенно в проскальзывающих мотивах, царапает меня изнутри, словно заноза, засевшая глубоко под кожей.

Ощущение, будто она раз за разом пытается искупить какую-то вину, смыть невидимое пятно.

Но какую именно вину перед нами она чувствует?

Размышления мои прерывает настойчивый стук в дверь, как гром среди ясного неба.