Книга Я была воительницей, но переродилась в теле леди. Том 1, страница 174 – Хе Рим Сон

– До встречи, леди, – бросил Халид.

До встречи… Интересно, при каких обстоятельствах они встретятся в следующий раз, если это вообще когда-то произойдет?

Люцифера натянула на лицо улыбку.

– Верно, до встречи.

Халид улыбнулся ей в последний раз и занял место в своем экипаже. Обе кареты тронулись с места, направляясь в столицу в сопровождении рыцарей герцога Хайнта.

В одно мгновение пространство перед замком вновь опустело. Как только гости уехали, исчезли шум и суета и повисла непривычная тишина.

Какое-то время Люцифера стояла, не отводя взгляд от дороги, на которой скрылись кареты.

– Люци.

Услышав нежный голос, Люцифера обернулась. Граф обеспокоенно смотрел на дочь. Люцифера пристально посмотрела на отца в ответ, изучая каждую его черту.

– Наконец-то они уехали.

– Да, уехали. – Граф хотел сказать еще что-то, но в этот момент Люцифера вновь заговорила:

– Отец. – Она прекрасно знала, что собирается нарушить мирное течение своей второй жизни, повергнув ее в пучину хаоса. – Теперь я в полном порядке. – Люцифера посмотрела на графа и четко произнесла: – Можно и мне вернуться в столицу?

Она все еще не знала, что ей делать. Точнее, она просто не могла ничего сделать. Но теперь Люцифера могла хотя бы держать себя в руках, глядя на Халида. Более того, она даже спасла ему жизнь. Это означало только одно: теперь она наконец могла в какой-то степени обуздывать свои чувства.

Если Люцифера хотела отомстить, она больше не могла проводить время в бесконечном ожидании. Вероятность того, что Халид вновь попадет в лапы монстров, равнялась нулю. Ей нужно брать все в свои руки. Он стал дворцовой псиной, а точнее, послушным псом наследного принца. Если Халид настолько жаждал власти, у Люциферы не оставалось другого выбора, кроме как тоже приблизиться к ней.

Поглаживая Люциферу по голове, граф тепло улыбнулся:

– Делай все что пожелаешь.

Если Люцифера хотела отомстить, то она не могла просто заколоть Халида мечом. Она не могла даровать ему ни почетную, ни случайную смерть. Люцифера должна отнять у Халида все, к чему он так отчаянно стремился. Точно так же, как он в один миг отнял у Эстель все, что у нее было.

Граф смотрел на дочку, похожую на ангела, полным обожания взглядом, совершенно не догадываясь о том, что творится у нее в душе.

– Кажется, вы действительно любите леди Айдин.

Сед бросил злобный взгляд на Халида. Не обращая на него никакого внимания, Халид широко улыбался.

– Сначала ты напросился ехать со мной в одной карете, а теперь еще и собираешься вести пустую болтовню о моей невесте? Мы с тобой не в таких близких отношениях.

– Я всегда считал, что мне стоит поучиться у вас искренности. Мне не хватает смелости быть таким честным с людьми.

Многие и помимо Седа открыто выражали презрение к мерзавцу, посмевшему предать своего командира и всю страну. Халид всегда приветливо улыбался таким людям и старался вести себя с ними как можно дружелюбнее. Он так надеялся им угодить, что это выглядело как раболепное преклонение. И только к одному человеку Халид на удивление относился иначе. С неизменной улыбкой на лице он каждый раз всячески пытался учинить ему какую-нибудь пакость.

Этим человеком был Сед.

Сед не нравился Халиду. Настолько, что в его присутствии маска угодливости сползала с Халида, обнажая его истинную сущность. От этого Сед ненавидел мерзавца еще сильнее. За что вообще эта псина могла его ненавидеть? Но недоумение Седа совершенно не означало, что он хотел бы нравиться этому ублюдку. Наоборот, одна только мысль о его симпатии вызывала в нем тошноту.