Книга Звездная случайность, страница 25 – Майя Марук

Ханторас попробовал заставить нага обернуться, выйти из боевой формы, но тот не реагировал ни на приказ, ни на жгучую боль от яда командора. Чтобы не дать зверю добраться до самки, Ханторас вцепился клыками в основание горла. И только в этот момент понял, что чешуя была мягкой, не бронированной. Горькая кровь обожгла нёбо Хана. Но он не ослабил хватку. Вцепился сильнее, стараясь одновременно оттаскивать соперника в сторону темного коридора, подальше от самки, и нанося всем телом болезненные удары. Змей сопротивлялся, но как-то странно. Как будто вел бой на звериных инстинктах, не пользуясь никакими навыками: извивался, пытался укусить Хана, сбросить с себя, вместо того чтобы сменить форму и воспользоваться руками.

Оттащив змея от кевали метров на пять, Хан увидел одного из боевых арахнидов. Паук со смертельно острыми лапками прыгнул к женщине и попытался оттащить её в укрытие. Она паука не боялась. Только с ужасом смотрела на Хана, и пыталась отползти назад: маленькая, слабая, перепуганная.

Все закончилось так же резко, как и началось. Выстрел бластера пронзил насквозь голову змея. Ханторас почувствовал, как тело врага обмякло и потянуло его вниз. Хан разжал челюсти, чужая кровь потекла по подбородку. Липкая, с едким запахом тухлятины. Мертвое тело с грохотом упало на пол, подняв клубы пыли и песка. Хан повернул голову в сторону кевали, хотел убедиться, что с ней все в порядке. Девушка смотрела не него несколько секунд с нескрываемым ужасом, а потом потеряла сознание. Голова ударилась о каменный пол. Хан хотел ее подхватить, но не успел предотвратить удар.

Арахнид поднялся на задние лапы и попытался напасть на Хана. Наг легко увернулся. К счастью паука, попыток нападать он больше не делал. Его задачей было защищать самку, а не убивать нагов. И только после того, как Ханторас обратился в привычную форму, паук понял, что угрозы нет и его можно подпустить к объекту.

Еще через несколько секунд появились солдаты. Они рассредоточились по коридору, двое подошли к мертвому змею, а Хан, как завороженный, опустился возле самки. Она была совсем худой, в синяках, с бледной кожей. Темные влажные волосы перепачкались в песке. Черное кимоно ей было велико. Из-за этого она выглядела еще более хрупкой, чем была на самом деле. Хан осторожно убрал волосы в сторону и отодвинул край халата и сжал зубы. На тонкой коже кевали красовались следы многочисленных побоев.

— Её били? — он обратился к арахниду.

Паук забарабанил лапками по полу. Он не знал, что происходило с женщиной. Сказал только, что его задача защищать самку, а не разбираться в её проблемах. Хан поморщился. Контрабандисты часто использовали низших арахнидов для охраны ценного груза. Мысль о том, что его кевали превратили в товар, злила Хантораса даже больше, чем то, что с ней сделали. Паука трогать не стал, хотя очень хотелось сорвать злость на этом ничтожестве. Даже решил не арестовывать как члена банды контрабандистов. Потому что если бы не он, то Хан мог бы не успеть её пасти.

Змей осторожно поднял девушку на руки и перенес в свободную квартиру. Уложил на кушетку, дождался, когда появится штатный медик, и только убедившись, что опасности рядом нет, сжав кулаки, вернулся в коридор.

К тому времени, как Хан освободился, заброшенное здание заполнилось нагами. Прибыло еще две группы, которые оставались возле городской границы. Рядом с телом змея находилось три военных медика. Один из них был ариканцем. Белая кожа, короткий ежик жестких волос и медленные, как будто заторможенные движения, выделяли его на фоне остальных.