Книга Обречена быть счастливой, страница 31 – Кира Фелис

Почитать книгу у меня не получилось и изучение законов пришлось отложить на вечер. Пришли Фёдор с Леонидом.

— Доброго здоровья, Кира Андреевна — поздоровался Леонид.

— Как дети? Пострадали? — спросил Фёдор.

— И вам доброго здоровья. Дети практически невредимы, Кошмарику досталось сильней — ответила я сразу обоим.

— Кошмарик — это он? — смеясь, спросил Фёдор, глядя на нашего пса.

В это время Богдан, пробегая мимо, громко закричал:

— Шарик, ко мне! Ты почему меня не слушаешься?

— Ребята назвали собаку чуть-чуть иначе, но я зову Кошмариком. Мне кажется, такая кличка ему больше подходит — с улыбкой ответила Фёдору.

Мальчишка изловчился и смог поймать за наш импровизированный ошейник Кошмарика, а тот радостно лаял, гулким, как из бочки, лаем.

Уходить с улицы не хотелось, я еще не успела в полной мере нарадоваться солнцу и теплу, но дела откладывать нельзя. Один день весной — весь год кормит.

— Давайте пройдём в кабинет — предложила я мужчинам и попросила Дашу, проходившую мимо, позватьАгриппину Фёдоровну.

Вчера, после нашего разговора, батюшка отдал кабинет мне в пользование.

— Кабинет обустраивала под себя твоя матушка, а теперь я хочу передать его тебе — сказал он мне тогда.

Когда входили в дом, в дверях встретили отца. В руках у него была трубка, видимо, хотел раскурить ее в кресле на крыльце, а на носу красовались очки. Я удивленно подняла одну бровь. Первый раз видела его в очках.

— Почтовая карета приезжала и привезла свежие газеты. Вот и читал— объяснил он появление очков. — Хотел предупредить, что отправил письмо твоей тетушке. Я опасаюсь неприятностей с ее стороны.

Моя улыбка в начале фразы медленно начала увядать при упоминании тетушки и неприятностей. Только этого мне сейчас не хватало. И без них в голове куча забот.

— Я тоже думаю, что тетушка чего-нибудь предпримет, когда получит письмо, но пока гадать об этом рано — оптимистично ответила батюшке.

Интересно, как я смогла пропустить приезд кареты? Для нашего дома, где мало что происходит, это большое событие.

— Сильно занят? Хотим обсудить дела деревни и мастерских. Составишь нам компанию? Может быть посоветуешь чего-нибудь? — спросила я отца.

— Кира, если я смогу чем-то помочь, я буду счастлив — ответил он.

Конечно, при посторонних людях, я старалась не показывать, что моё вмешательство в управление — это вынужденная мера, всячески стараясь подчёркивать, что батюшка уступил моему капризу и позволил попробовать поуправлять поместьем.

Он сразу понял и оценил такую мою позицию.

— Спасибо, дочь — тихонько сказал он так, что услышала только я.

А я позволила себе лишние эмоции при посторонних людях и поднырнула ему под руку, чтобы получилось, что он меня обнял. При этом оба радовались этой маленькой шалости.

Так мы и дошли до кабинета, где к нам присоединилась Агриппина Фёдоровна.

Несколько часов, мы впятером, обсуждали текущее состояние дел и что нужно сделать. При этом батюшка принимал самое активное участие в разговоре.

Сквозь открытые окна было слышно, как дети продолжают заниматься с собакой. Я иногда отвлекалась и пыталась представить, что сейчас у них происходит, а потом приходилось брать себя в руки и опять вникать в дела.

Фёдор принёс амбарную книгу деревни Куличики. Этот мужчина уже вызывал моё доверие, но я его ещё очень плохознаю. Наша экономка дала ему и его работе очень высокую оценку, но контроль превыше всего.