Книга Цена вопроса - жизнь!, страница 77 – Кира Фелис

— Спасибо, — улыбнулась я. — И ты восхитительна.

Заинтересованные взгляды в нашу сторону Никиты и Василия, которые уже спустились с крыльца и стояли неподалёку, лишь подтверждали слова.

— Берегитесь, кавалеры, дамы едут в свет! Наших чар противоядья в целом мире нет! Кто—то в обморок от счастья, кто—то от тоски. Разлетайтесь, как от вихря, мушки—мужики! — весело улыбаясь, пропела незнакомую мне, задорную песенку Ульяна, а я, подыгрывая, шутливо задрала нос демонстративно высоко и приплясывая скосила на неё глаза, выглядывая реакцию тёти. И она не заставила себя ждать. Тётя, сперва удивлённо приподнявшая брови, расплыласьв широкой улыбке, и, в конце концов, мы обе расхохотались. Финальную точку в импровизированном концерте поставил Гриша, который громко каркнул, вызвав новую волну смеха.

Предвкушение, радость и хорошее настроение читалось на лицах всех провожающих. Даже четверо наших спутников, суровые на вид мужчины, не могли скрыть улыбок. Только Звёздочка, похоже, не разделяла всеобщего ликования. Лошадь нервно подёргивала ушами, косилась на окружающих большими, немного испуганными глазами и беспокойно переминалась с ноги на ногу. Она явно не горела желанием отправляться в путь, но вариантов, как говорится, не было.

— Девочки, будьте осторожны, — со слезами на глазах, крепко обнимая нас по очереди, попросила Марфа. Создавалось впечатление, что мы отправляемся в поездку, которая продлится не один день, а как минимум неделю. — Вы отвечаете за них головой! — строго, но с той же материнской заботой, обратилась она к Никите и Василию. Те кивнули, принимая её слова со всей серьёзностью.

Получив последние наставления и пообещав беречь себя, мы наконец—то уселись в карету. Внутри было уютно и тепло: мягкие сиденья, обтянутые тёмно—синим бархатом, небольшие подушечки под спину, и даже тёплый плед на случай, если станет совсем холодно. Звёздочка, поначалу нехотя, но потом всё более уверенно, повезла нас по дороге в сторону города.

Вначале я с живым интересом крутила головой, разглядывая проплывающие мимо пейзажи. Шутка ли, я в первый раз в этом мире выехала куда—то дальше нашего дома! Ульяна, удобно устроившись напротив меня, лишь улыбалась, посматривая на мой энтузиазм, никак не комментируя. Но вскоре однообразные картины — леса, поля, снова леса — стали надоедать.

— Василий, расскажи про гончаров, — попросила я, оторвав взгляд от окна. Дорога всегда проходит быстрее за интересным разговором, а заодно и разузнаю полезную информацию о наших владениях. — Что за глина, много ли её, что изготавливали? Говорят, в наших краях знатные мастера работали.

— Люди правду говорят, — подтвердил Василий, с готовностью откликаясь на мою просьбу. — Наши горшки далеко известны, их даже в столицу поставляли. Мастера, конечно, знатные, руки у них золотые, да и глина у нас особая. Очень пластичная, легко лепится, а при обжиге она становится не красная, как обычно бывает, а нежного бежевогоцвета. Это как метка, своего рода знак. Цвет этот любому говорит, откуда горшок родом и что он точно хорошего качества, прочный и долговечный. — Голос Василия наполнился гордостью, но тут же погас. — Только вот уже два года печи простаивают.

— Печи — это хорошо, — задумчиво проговорила я, потирая подбородок. — А мастера—то остались? Хотя бы некоторые? — Вопросы я задавала не просто так. Конечно, мне хотелось узнать как можно больше о своём новом имуществе, но в голове уже зародилась мысль, как можно возобновить гончарное дело и заработать денег.