Книга Сиротка хочет замуж. Любовь не предлагать, страница 42 – Надежда Соколова

— А что? Я ж ничего плохого не сказала.

— О да. Всего лишь намекнула, что ничего хорошего от игр со мной не ждала.

Да? Ну, извините. И вообще, мама моя, земная, всегда твердила: «Ира, детка, не знаешь, что сказать — скажи лучше правду, какой бы горькой она ни была. Врать ты все равно не умеешь». Таким образом, я всю свою сознательную жизнь старалась следовать ее совету. Говорила правду, даже в лицо. Даже начальству. И, конечно, потом страдала от своего неуемного характера. Но что уж тут поделать? Зато старалась жить честно.

— Я вообще от жизни ничего хорошего не ждала, пока в этот мир не попала, — пожала я плечами, ощущая легкую ностальгию по своему прошлому. — А тут не все успело выветриться из моей головы.

— Заметно, — проворчал Леонард. — Чувствую, выветриваться оно все будет еще очень долго.

Ага. Но это, мой милый, уже твоя карма.

Мы провалялись в постели следующие сутки. Даже ели, не выходя из спальни. Никто нас не трогал. Молодоженам давали возможность познакомиться друг с другом, познать друг друга, расслабиться в объятиях друг друга и так далее.

Вот последним лично я и занималась — расслаблялась. Ела, пила, развлекалась с теперь уже законным супругом. Он заставил меня подробно рассказать о жизни на Земле. А когда я закончила, схватился за голову в буквальном смысле этого слова:

— Боги, за что?!

— Грешить надо было меньше, — фыркнула я. — и радуйся, что тебе досталась я, а не какая-нибудь тетка Зинка, пережившая пятерых мужей и умеющая послать трехэтажным.

— Ну и чем ты-то лучше ее, ну, кроме количества мужей? — язвительно спросил Леонард. — Ай! Ирисия! Я твой муж, между прочим! Проявляй почтительность!

— Проявлю, — согласилась я. — Уж так проявлю в следующий раз. Возьму подушку потяжелей и проявлю. Чтобы знал, как меня, саму невинность, обижать.

Так мы и переругивались, больше от безделья, чем действительно выясняя отношения. Леонард уже осознал, что от меня ему не отвертеться, и постепенно привыкал к этой мысли, как к новому, неожиданному повороту в жизни.

Ну а после нашего медового месяца, пусть и продлившегося так недолго, я получила портативный портал с возможностью перемещаться в усадьбу. Собственно, туда мы с Леонардом и переместились, уже как муж с женой. Он представил меня найре Патрисии по всей форме. Причем представил меня-настоящую, попаданку с Земли. Ну и предупредил, что теперь главной в усадьбе буду я.

«Баба с возу — кобыле легче», — буквально отпечаталось на лице найры Патрисии. Похоже, она была только рада передать мне бразды правления, не стесняясь делегировать все заботы.

— Мне нужно тебе кое-что показать, — «обрадовала» я Леонарда, когда мы уже собрались уходить. — Это быстро, правда.

Леонард заинтригованно взглянул на меня, его глаза сверкнули от любопытства, и он кивнул, готовый следовать за мной. Мы поднялись в ту самую комнату, в которую меня поселили сразу после прибытия.

Я порылась в своих вещах, и, наконец, наткнулась на тот самый флакончик — темно-зеленый, изогнутый, словно женская фигура, с загадочным зельем внутри. Я протянула его Леонарду, ощущая, как внутри меня закипает любопытство насчет его предназначения.И, пока он внимательно осматривал находку, я начала рассказывать о своем недавнем путешествии по усадьбе.

— Сволочи, — раздраженно фыркнул Леонард, его глаза сверкнули от негодования. — Гады такие. И тебя уже достать пытались.