Книга Злая королева причиняет добро, страница 29 – Диана Дурман

– Ветер, – спокойно сказал Элиас, вставая с поваленного дерева, чтобы ненавязчиво заслонить Хелену от леса. "Пусть думает, что он ничего не заметил".

С заметной радостью кивнув, девушка неосознанно потянулась к своему платью и… вытерла руки о подол – баснословно дорогой ночной шелк промок, будто это был кухонный фартук.

Элиас едва не схватил её за запястье. "Мастер, умерший за секрет этой ткани, перевернулся бы в гробу" – с ужасом подумал он и вдруг понял все претензии его сестры, когда он с таким же пренебрежением относился к официальному костюму. Руки об него, конечно, не вытирал, но вот на тренировке в выходном комплекте оказывался. Брюки из мягкой, дорогой кожи и невесомая нижняя рубашка для этого подходили лучше стандартной формы.

– Ты всегда так обращаешься с одеждой? – спросил он с досадой. Этой странной девушке удалось всего за миг донестивесь смысл выговоров от сестры.

Ответив ему удивленным взглядом, Хелена с заминкой произнесла:

– Ну… да? Разве вещи созданы не для того, чтобы ими пользоваться? – Тут девушка, наконец, спохватилась, как будто вспомнив, что на ней нет передника и, с сожалением посмотрела на влажное пятно. После чего сконфужено, совсем не по-королевски пробормотала: – Ой, кажется, испачкалась…

Где-то в чаще раздался приглушенный вой. То ли от возмущения, то ли от смеха.

Вдруг Элиас понял, что, несмотря на ситуацию, нервное напряжение в нём начало спадать. Всё это время он ждал подвоха, нападения или прихода настоящей Хильды в каком-то другом теле, но ничего не происходило.

Хелена вела себя слишком по-человечески, а твари, что слушались только свою кровожадную госпожу, словно перенимали от неё эти качества. Даже воздух здесь у наспех сложенной печи уже не душил своей тяжестью. Никаких тошнотворно сладковатых ноток разложения, никакого флера гнили. Только аромат костра и почти готовой рыбы. Будто рядом с Элиасом находилась не ведьма, а… лесная тёмная фея.

***

– Трусиха, – припечатал призрак, наблюдая за тем, как я забираю одеяло с устеленного шелком ложа.

Он медленно кружил в воздухе, как дым от потухшего костра, и в его алых глазах светилось самодовольство существа, уверенного в своей безнаказанности. Если бы я не знала, что вольные дни этого интригана сочтены, то, наверное, испугалась бы этого вечного, холодного взгляда.

– Терпеть не могу гусениц, – бросила в ответ, не отступая от своего плана.

Мой страх перед мерзкими созданиями оказался идеальным оправданием для того, чтобы без лишних подозрений практически полностью переехать в лабораторию ведьмы. Там нашлась небольшая ниша, куда поместилась полуторная койка. Всего несколько мягких деталей и на укромной кровати стало вполне комфортно.

Новые подушки пахли полынью – скорее всего, Хильда использовала сушеные травы для каких-то ритуалов, ну а я нашла им новое применение. Теперь часть из них стала набивкой и будет моей дополнительной защитой от назойливого призрака. Ниша находилась слишком близко к выходу из сердца башни, где изгоняющий фон значительно ослабевал.

Да, в припорошенной пылью каморке нет мягкого плаца, как в спальне, или выхода на балкон, но зато здесь можно было жить без мерзких соседей. А ещё… без зоркого ока призрака. Судя по спрятанным записям Хильды, аура гриммуара была для коварной души подобна огню – чем ближе призрак к нему, тем сильнее горит в его мрачном пламени.