Книга Госпожа Туманной долины, или Приручить тьму, страница 112 – Диана Дурман

По сердцу больно полоснуло, словно у чувства отрасли ядовитые когти. И, прежде чем те разорвали меня изнутри, магия подхватила их, а затем хлынуланаружу вместе с дыханием.

– Очнись и прости себя, Амелия! – в этот раз мой голос, произнёсший вроде бы простые, но крайне весовые слова, отличался. Он звенел подобно колоколам, разнося свой очищающий звон повсюду. Усиленная эхом в подземной норе магия устремилась к источнику проклятья, вырывая из той истошный, но в то же время облегченный вопль.

Вслед за ней воздух пронзили крики тех, кого она успела обратить. Хотя…. для этого ещё было рано.

Едва удалось уловить нестыковку, как я вдруг поняла, что внутри меня плескалось как-то слишком много магии. Словно кто-то заполнил источник до предела, перед этим заставив его разрывы временно закрыться.

Вспыхнувшая догадка так сильно поразила меня, что я не удержалась и вопросительно выдохнула вслух:

– Дэмиан? – После этого мой взгляд устремился под ноги. Туда, где вился вездесущий туман. Дымка вздрогнула и недовольно закружилась, словно пытаясь что-то сказать, или… выразить всё своё возмущение.

Дэмиан

Мой сон был крепким, немного неспокойным, но оттого не менее желанным. Лишь с появлением Лоры мне удалось вспомнить это давно забытое чувство приятной отрешенности от реальности, которое не отдавало горечью трав и гулом в висках. Поэтому просыпаться совсем не хотелось. Однако странное, совершенно неуместное в этом сонной дымке ощущение опасности потревожило разум, а за ним и все остальные чувства.

Сознание пронзило уверенностью: мой свет в опасности. Если я ничего не сделаю, то этот крохотный огонёк жизни, созданный для меня с таким трудом, исчезнет. И её никто и никогда не сможет заменить.

Страх потери, а так же желание защитить то, что стало мне так дорого, вынуждало пробудиться, открыть глаза, но что-то мешало. Что-то, что было сильнее обычных желаний и даже силы воли. Вот только это нечто оказалось слабее возмущенного рёва моей магии.

Страна грёз отступила, давая мне вернуться в реальность. Правда, не совсем так, как я того желал.

Физическое тело продолжало спать, пока то, что можно назвать астральным воплощением, вобрало в себя мой разум. Даже для меня такой опыт оказался крайне необычным. Если не сказать больше.

В доселе неизведанной форме мир выглядел немного иначе. Всё вокруг, как живое, так и нет, пронизывали сотни, тысячи нитей четырёх цветов первых драгоценных камней: чёрного агата, аметиста, цитрина и топаза.

Среди этих нитей преобладали золотые, а под ними не редко скрывались голубые жилы — точно такого оттенка, что и…. сияющий ореол вокруг моей жены. Но больше всего меня поразило иное. Только в этом состоянии я увидел связь, которую магическое зрение не улавливало. Тугой жгут всех четырёх цветов тянулся из груди моего тела и убегал туда, откуда туман доносил до меня отголоски сердцебиения жены.

Проверяя догадку, я последовал за этими ориентирами и оказался у ворот, куда шагала Лора. Одного взгляда на неё хватило, чтобы на миг пораженно застыть. Всё-таки она и правда была жрицей — её изорванный источник, в котором терялся тот самый жгут, светился, как положено золотистым светом. При этом саму девушку окутывала голубая дымка. Она подобно ауре или бережно наброшенному плащу словно защищала ослабленную врожденным недугом жрицу.