Книга Корона крови и руин, страница 120 – Л. Дж. Эндрюс

Нам в спины летели крики хранителей. Альверы пытались бороться с ними, пытались сдержать их, но все больше и больше теней проносилось мимо, нацеливаясь на нас. Я мчался к этому месту слишком много раз. Наши раны еще не затянулись, и мы с Гуннаром и Солом замерли, пока отец порезал ладонь моей матери, прежде чем разрезать свою.

– Вместе.

Все сразу, впятером, мы прижали ладони к камню. Быстрее, чем в ночь моей смерти, и в ту, когда я отвлек хранителей от Элизы, из камня вырвалась вспышка ослепительного света. Нас окружил купол, а затем распался на сотни осколков света. Каждое острие настигло хранителя и ударило в то место, где могло бы находиться сердце.

Хранители взвыли, а затем развеялись во второй, последней вспышке света.

Хранители исчезли, курганы, составляющие Черную гробницу, обрушились. Но мы больше не были здесь одни.

Вокруг Никласа, Джуни и Товы на траве лежали тела в темных одеждах. Словно за мгновение до этого здесь прошла битва, и сотни людей были мертвы.

И тут они зашевелились.

Послышались стоны и вздохи: фигуры задрожали и медленно поднялись на ноги мужчины, одетые в меха, вооруженные клинками, топорами, кинжалами. Их волосы заплетены в косы или обриты, уступая место нанесенным на кожу руническим знакам. У некоторых мелькали заостренные кончики ушей. У некоторых отпущены искусно заплетенные бороды.

Воины.

Подошли двое мужчин. На груди у каждого – герб Ферусов. Длинные мечи в ножнах звякали о доспехи на бедрах. Их глаза были темными, как смола, а белозубые улыбки – до боли знакомыми.

– Кьелл, – выдохнул Сол. – Дагар.

Отец Тора остановился перед моим братом и прижал его к своей груди так, как это делал наш отец. Семья Торстена всегда будет нашей семьей, как и мы – их.

Мой рот по-дурацки распахнулся, когда Дагар Атра усмехнулся и опустился на одно колено, прижав кулак к сердцу.

– Ночной Принц. Рад снова видеть тебя, – тут Дагар поймал взгляд моего отца. – Арвад. Лили! Он поспешил обнять их. – Черт возьми, это сработало.

– Сработало, – сказал мой отец, обхватив рыцаря рукой в ответ.

– Наши армии… были хранителями? – От этого незнакомого, непонятного хаоса начинала болеть голова. Мама коснулась моей руки.

– Мы знали, что, если проснемся, нам нужна будет армия. Они были готовы.

– Получается, это все… ты?

– Я не видела другого способа выжить, кроме как наложить проклятие на землю, – поморщилась она. – Я пыталась спасти как можно больше, но… я не смогла спасти всех.

– Королева защищала двор, – сказал Дагар. – Она пожертвовала многим, чтобы род твоей семьи продолжал жить. Это был единственный способ сохранить жизнь тому, что осталось от Этты.

– Скрыв Этту стеной хаоса… – я никак не мог всего осознать. Дважды я пересекал это проклятое место, дважды мои ноги ступали прямо над усыпальницей моих родителей. Все это время, все эти годы наши люди были живы и спрятаны на виду у всех. – Почему вы тогда напали на нас?

Дагар разразился смехом.

– У нас не было разума, Ночной Принц. Только инстинкт. Защитить наших короля и королеву от разоблачения.

– Проклятия были наложены с большой осторожностью, Вален. Многие отдали жизни, чтобы дать нам шанс вернуть нашу землю, – сказала моя мать. – Я знала, что моим детям суждено разделиться, но верила, что вы воссоединитесь и восстанете вместе. Этта должна была выжить для этой битвы. Судьбе было угодно, чтобы именно сейчас мы встали бок о бок с вами. – Она посмотрела на Дагара и Кьелла. – Наш Ночной Принц собрал армию, которая теперь сражается за нас. Слышите барабаны?