Книга Ночь масок и ножей, страница 83 – Л. Дж. Эндрюс

Дофт захлебывался кровью, льющейся в горло, и покачивался, готовый потерять сознание.

Кейз вытер кровь со своего ножа о его голову.

– Вечно бормочешь и треплешься ни о чем. Давно пора замолчать.

Движением более быстрым, чем вздох, Повелитель теней провел краем ножа по шее мужчины.

Босвелл открывал и закрывал рот, как рыба, которую выкинули из воды, хлюпающие звуки вырывались из его горла. Красное пятно расцвело у него на груди, и вскоре он свалился в лужу собственной крови.

– Ты убил его, – сказала я, чувствуя небольшую тошноту от этой мерзости.

– Да. А ты в самом деле удивлена? Мы что, снова будем спорить об аморальности моих поступков? – Когда я ничего не ответила, он накинул капюшон на голову и убрал стилет в ножны. – Пора выдвигаться, иначе нам отсюда не выбраться. Все, пошли.

Точно по плану Гуннар отодвинул дерн и ветки, составляющие крышу ложи, и похлопал Малин по голове.

Она вздрогнула и посмотрела наверх.

– Гуннар?

Ловкий Крив присел над пыльными перекрытиями и указал на узкую выемку в крыше.

– Надеюсь, ты умеешь лазать, Мал.

С окровавленными руками я поднялся на ноги и затянул месмером лицо и глаза.

Малин смотрела прямо на меня, а тем временем в моем рту плясала дюжина слов, которые я хотел сказать. Признания в тошнотворной ярости, которую вызвал у меня Дофт, прижав ее своим телом к полу. Облегчение, с которым я вырезал его язык, осмелившийся заговорить о ней. Она все слышала, и я не мог дать ответов на ее очередные вопросы, которые она так любила задавать.

Она первой разорвала зрительный контакт и протянула руку Гуннару.

Он помог ей вскарабкаться на перекрытия и наружу, через дыру в крыше ложи. Исак и Эш последовали за ней. Я шел последним, взобравшись на неровную крышу, ни разу не обернувшись на ту мерзкую картину, что мы оставили за собой. Гуннар повел нас, делая осторожные шаги к краю крыши, а затем спрыгнув с нее.

– Давай, – сказал Эш, подтолкнув Малин чуть пониже спины, когда та засомневалась.

Она дважды хрустнула большим пальцем. Сделала глубокий вдох и, так и не выдохнув, прыгнула вслед за Гуннаром.

Падать было недолго. Шаг или два – и вот уже друг за другом наши ноги громко приземлились на узкий выступ, по которому рабочие и крепостные могли передвигаться вдоль трибун, незаметно проводя ремонт.

Наш следующий этап – воссоединиться с остальной частью гильдии, а затем проскользнуть через задний переулок к гнезду Фалькинов. Мое пошаговое прокручивание плана прервал всхлип. Малин стояла возле Гуннара, прижав ладони к голове, и дрожала.

– Я больше не хочу здесь быть, – проговорила она в ночь, ни к кому не обращаясь.

Пекло, ее охватывала паника. Все, что сегодня произошло, несомненно, начинало до нее доходить. Такое иногда случалось, даже с Кривами. Оцепенение от большого количества крови и насилия охватывало наши умы, пока инстинкт выживать не вытаскивал из него.

Сейчас некогда было паниковать.

Я обхватил ее лицо руками.

– Посмотри на меня. – Она моргнула, переводя взгляд в мою сторону, и я сжал ее крепче. – Дыши со мной. Я буду рядом, пока это не пройдет.

Не отводя глаз, Малин накрыла мои руки, а затем мы одновременно принялись делать глубокие вдохи и шумные выдохи. Еще три раза – и ее тело стало менее деревянным.

– Лучше?

Она кивнула; большими пальцами она рисовала медленные круги на моих руках.