Книга Игра ненависти и лжи, страница 112 – Л. Дж. Эндрюс

Лишь когда Хаген потянул его за руку, Бард наконец отмер и последовал за гильдиями.

Я закрыла глаза и побежала в темноту.

За мной гнались кошмары.

Мой череп раскололся надвое. Ото лба до затылка кость дергало, словно в голову воткнули железные крючья, тянущие меня во все стороны разом. Из-за этих ощущений мне захотелось, чтобы они убили меня уже наконец.

Шипящие шепотки раздавались вокруг меня, доносясь, будто через толстую дверь. Я сосредоточился на них, боль была столь сильна, что мне дико хотелось позвать на помощь. Слова не приходили, но мои веки затрепетали. Ресницы слиплись, и я не сразу смог моргнуть, ощутив прохладный воздух.

Темнота тянулась до бесконечности. Если бы не несколько золотистых огней фонарей, я мог бы решить, что очутился в сырой яме.

Воздух здесь был холодным – где бы это «здесь» ни было, – и заднюю стенку горла обжигал легкий привкус плесени.

– Многого не жди, – сказал один голос, глубокий и низкий.

Ответила женщина:

– Он бился за нас.

– Краткий миг ясности. Будь готова. Вот и все, что я имею в виду.

Я потянулся за ножом, что был пристегнут в ноге, но моя рука замерла. В кожу впивалась веревка. Горячая кровь загустела в моих венах. Мне связали запястья.

Я резко открыл глаза. Меня поместили в какую-то хижину из веток и шкур. Импровизированная кровать подо мной состояла из стопки свернутых кроличьих шкурок. Значит, я пленник, но кто-то позаботился о моем комфорте.

В мои сегодняшние планы кандалы не входили.

Я рывком сел, игнорируя яркую вспышку боли в голове, и потянул за запястья, привязанные к толстой ветке над головой.

Я подобрал колени к груди, готовый пнуть ветку ногой, перебить ее надвое, сделать что угодно, но замер, услышав голос.

– Так ты ничего не добьешься, только запястья себе сломаешь.

Мои плечи вздымались от резких, встревоженных вздохов, когда я посмотрел из-под руки.

– Лука?

Лука усмехнулся и опустился возле меня на колени.

– Прости, друг мой. Мы не знали, не схватишься ли ты за ножи, как проснешься, так что заперли тебя, как собаку.

– Ты ублюдок.

– Не сомневаюсь, мой отец сейчас жалеет, что это не так.

Ивар. При упоминании Лорда Магната голова зазвенела. Берег. Скидгарды. Дымный запах крови.

– Теперь припоминаешь, что случилось? – мягко спросил Лука.

– Я боролся против Лорда Магната, – я нахмурил лоб. – Нет, я был… похищен, – я потянул руки вниз с достаточной силой, чтобы веревка обожгла кожу. – Освободи меня и верни…

Слова увяли. Желание вернуться в Черный Дворец было таким же слабым, как треснувшее стекло. Жжение, призывающее меня уступить и подчиниться моему Лорду Магнату, пришло, затем отступило и снова наросло. Если я раньше считал сумятицу хаоса в своей голове болезненной, но теперь не мог четко выделить ни единой эмоции.

Лука хлопнул меня ладонью по плечу и слабо улыбнулся.

– Если ты мне еще на минутку доверишься, то мы сможем забрать у тебя эту боль.

Я заберу у тебя эту боль.

Воровка – Малли – она все твердила мне это. Мои глаза округлились.

– Та женщина, лорд Штром, их должны были казнить.

Челюсть Луки дрогнула.

– Да, знаю. Ты прорвался ради них.

Проклятье. Я застонал и поморщился, когда в голове вновь вспыхнул огонь.

– Я предатель.

– О, мы все такие. И быть по эту сторону баррикад – лучше, – женский голос вновь распахнул мои глаза.