Книга Красавец и чудовищ...ная ведьма, страница 118 – Татьяна Антоник

Ричард смотрел на меня с каким-то странным выражением — видимо, сородичей пожалел.

— Вивиан... — начал он осторожно.

— Или, — перебила я, внезапно осознав весь масштаб произошедшего, — или... может, это как-то отменить? Аннулировать? Ну, типа, "ой, мы передумали, это была ошибка"? — Голос мой звучал почти надеждой, но я и сама знала, что это бред.

Я сказала, но где-то глубоко в душе поняла, что эти несколько лет с меткой меня полностью устраивали. А еще дознаватель на меня обиделся.

Его лицо мгновенно стало каменным. Он выпрямился во весь рост, и казалось, комната стала теснее.

— Нет, — сказал он тихо, но так, что слово прозвучало как удар гонга. — Никаких аннулирований. Никаких "ошибок". Ты — моя истинная. Точка. — Он обнял меня за талию и крепко прижал к себе. — И теперь у меня впереди годы. Годы, чтобы доказать тебе это. Чтобы ты поверила. Чтобы ты перестала бояться. Чтобы ты... — он запнулся, впервые за все время смутившись, но продолжил твердо, — чтобы ты поняла, что я люблю тебя, Вивиан.

Я поперхнулась. Любит? Он сказал это? Вслух? Этот каменный, непробиваемый, вечно хмурый дознаватель-дракон? Я уставилась на него, рот приоткрылся сам по себе.

— Ты... что? — выдавила я. — Любишь? Меня? Тебе напомнить, какой бедлам у меня в личной жизни? И чем завершаются свадьбы?

— Наша, считай, уже состоялась, — самоуверенно выдал он. — И если судить по Лириусу Мора, то потеряв тебя, начинаешь сходить с ума. Пожалей страну, сумасшедшего дракона король не потянет. Да, люблю тебя, Виван.

И прежде чем я успела что-товозразить или согласиться, его губы снова нашли мои. На сей раз это не было ни нежным прикосновением бабочки, ни властным захватом. Это был поцелуй... признания. Глубокий, медленный, всепоглощающий. Поцелуй, который стирал сомнения, сжигал остатки страха и наполнял ту самую пустоту внутри чем-то новым, теплым и невероятно пугающим — надеждой. Я ответила ему, забыв про все: про потерянный дар, про метку, про Мора.

Когда мы наконец разъединились, дыша прерывисто, он прижал лоб к моему. Его дыхание было горячим на моей коже.

— Вивиан, — его голос звучал глухо, хрипло, — оденься. Пожалуйста.

Я моргнула, пытаясь сообразить, о чем он. Потом огляделась. Вот неувязочка, я же в одних трусах. И все. Прямо перед ним.

Жар хлынул мне в лицо, но я попыталась сохранить браваду.

— А что? Не нравится вид? Ты же сам говорил, что в спальне у меня портрет висит...

— Вивиан, ты едва поднялась с постели после пятидневного забытья, в котором тебя буквально выворачивало наизнанку, — он говорил мягко, но неумолимо. — Да, по законам моего рода мы уже... соединены. Но я хочу все сделать правильно. По-человечески. Со всеми традициями. Тем более... — Он отвел взгляд, и мне показалось, что его уши слегка порозовели. — Тем более, я обещал твоей мачехе. Аннабелле. Что если... когда это случится... будет настоящая свадьба. С белым платьем, которое ты не станешь рвать в клочья, гостями и прочей мишурой. Она этого хочет. И я... я хочу дать ей это. И тебе. Поэтому... — Он аккуратно поднял с пола мой халат и протянул мне, его взгляд был твердым. — Одевайся. Все остальное... все остальное будет потом.

Я взяла халат, глядя на него с изумлением. Как много в нем всего сочетается. Дракон. Джентльмен. Зануда.