Книга Красавец и чудовищ...ная ведьма, страница 67 – Татьяна Антоник

— А ты бы бегала? — прищурился он.

— Сам сказал, без тебя меня бы сюда не пустили. Ответь, мне интересно.

— Потрясающе, — отбросил он ложную скромность. — Пошли, болтушка. Встретишься с матерью, на вечер назначен праздник, где я тебя представлю, а ночью...

— Что ночью?

Звучало, словно меня зовут на свидание.

— А ночью совершим то, чего утром у тебя и Мэгги не получилось. Хочу прокрасться в кабинет к Его Светлости. Мне нужен Крис и ты.

Вивиан

Сама не поняла как, но я оказалась в спальне, урча, словно довольная кошка. Вот как у дознавателя выходит ругать и хвалить одновременно?

Но настроение быстро испортилось, потому что в покоях меня ожидали непрошеные гости. Сидела мачеха и Ирис, а моя Маргарита неистово терпела крики Аннабеллы. Леди Андерсон во всю отчитывала мою подругу, полагая, что она спихнула меня с праведного пути и заставила свернуть на скользкую дорожку плохого поведения.

Такого я стерпеть не могла. Уважаю матушку за ее добродетели к аристократической, неродной дочке, но помыкать Мэгги, оскорблять ее я не дам.

В данное мгновение Аннабеллу было не перекричать. Легкие и связки она натренировала, пришлось пользоваться сомнительными, где-то жестокими методами.

Молча подошла, резко стянула покрывало с постели, поднимая опешившую Ирис, и замотала мачеху в одеяние, особенно постаравшись у ее рта. Сковала по полной, не выберется.

— Вив, что ты делаешь? — вроде именно это произнесла разъяренная родительница, чудом бубнеж разобрала.

Я приоткрыла ее лицо, оглянулась на Мэгги.

— Ты в порядке? Тебя не обидели?

Она фыркнула.

— Если бы я получала монетку каждый раз, когда меня называют бессовестной куртизанкой и танцовщицей, мы бы давно обогатились. Вив, не бери в голову.

Ценю ее за быструю отходчивость и умение не страдать по пустякам. Получается, на матушку она не шибко злится, в связи с этим я нежно попросила ее:

— Тогда неси иглу, рот зашивать будем.

Эх, как ошарашенно взглянула на меня мачеха. Такого выражения у нее, да и у Ирис я давно не видела. Аннабелла заверещала пуще прежнего, призывая сестру ей помочь. Ирис — добрый ребенок, естественно, бросилась на помощь, пока я перемигивалась с хохотавшей Мэгги.

— Вивиан, я этого не прощу, — наконец-то освободилась от хлопковых пут моя мачеха. — Зачем? За что?

— А вы за что нападаете на Маргариту? Если она ниже вас по статусу, то это не повод вести себя хамски. Вы знаете, что она для меня такая же сестра, как и Ирис. Я не разрешаю грубо обращаться с ней. Вам моя грубость неприятна? Отчего Мэгги должна вас терпеть?

К моему глубокому сожалению, матушка отповедь восприняла неправильно. Частично я ее не винила, полно аристократов, кто на прислугу смотритсвысока, ее так воспитали, но попробуйте только покуситься на моих близких... Даже если это сами близкие.

Леди Андерсон выскочила из комнаты, как обезумевшая сипуха, ворчала, что поговорит со мной наедине, когда не будет рядом всяких таких... всяких таких. За ней побежала и Ирис.

Ну, дадут боги, пару дней во дворце без гостей перебьемся.

— Зачем ты с ней так? — спросила меня Мэгги, когда я застеливала кровать обратно. — Я ее как фон воспринимаю. У нее есть причины меня не любить.

— Потому что мне надоело, — закатила я глаза. — Матушка не чувствует границ. Пора и ей ощутить, как это, когда тебя с грязью мешают, а то ее все без исключения превозносят. Завтра утром подойду и извинюсь. Может, за ночь она хоть что-то осознает.