Книга Измена. Попаданка в законе 2, страница 15 – Тереза Нильская

— Дорогой, — верещит Синтия, — ты забыл, что ты дал согласие на свадьбу? Нас король соединил, и я не виновата, что случилась мобилизация, и Храм Богов закрыли. Перед всеми драконами мы уже супруги, они все были на нашей свадьбе.

— Свадьба не состоялась, Синтия, — говорю я ей, — нас не расписали в храме!

— Это ничего не значит, это же просто формальность! Ты перед королем дал согласие, я твоя невеста и жена перед драконьим обществом! А в условиях военного времени можно обойтись и без записи в храме.

Синтия настолько убеждена в своей правоте, и в своих правах, что я даже не знаю уже, как же от нее отцепиться. Говорю прямо:

— Синтия, между нами все кончено. Я нашёл свою истинную, и я ее не оставлю. А тебе лучше улететь, здесь неспокойно.

— Нет, — почти визжит драконица. — Ты ошибаешься, Маркус! Это не твоя истинная, это похитительница тела твоей истинной! Она убийца твоей жены, она себе присвоила и тело, и душу.

— Она беременна моим сыном, — не выдерживаю я.

— Как, она еще и твоего ребенка присвоила? — визжит на самых высоких нотах Синтия. — Какая злобная попаданка, все забрала, все! О, бедный мой Маркус!

— Я сейчас ей голову откушу,— не выдерживает мой дракон. — Прогони эту ящерицу.

🦎

… Только через какое-то время мне с трудом удалось отделаться от рыжей драконицы. Ей выделили комнату непосредственно в казарме, и она, нисколько не распрощавшись со своими желаниями по отношению ко мне, удалилась отдохнуть.

А я направился к Рочестеру, который как раз отправлял Ларе вещи в камеру. Молодец, Рочестер, он знал, что Ларе было нужно. И опять в который раз подумал, что Лара-Ларика здесь явно пользуется уважением. Вот Рочестер о ней как заботится, вон Дэб на защиту Лары кинулся не раздумывая. А мне надо передать Ларе мою кровь, для нее и ребенка. У нее все всегда должны быть свежая кровь.

Кем бы не оказалась Лара, в ней мой сын!

— Звони Арчибальду, — говорит мне Рочестер, — немедленно!

Просыпаюсь я от тихого хныканья. Рядом со мной кто-то очень отчетливо издает жалобные звуки.

Именно там сидит трое людей-дикобразов, заросших иглами, небольшого роста, один совсем мелкий. И вчера я кричала Рочестеру и тому жестокому генералу, что это дети.

Дети в тюрьме…

Меня встречает новое утро и все та же мрачная тюрьма.

Вчера уборка шла до полуночи. Конвоиры привели несколько заключенных с верхних этажей, считавшихся спокойными, чтобы те убрали воду и мусор после погрома от попытки бунта в тюрьме. С первого этажа никого не выпустили на уборку. Ну да, тут же убийцы в основном. И мы, приравненные к ним.

Приведённые арестанты вынесли также помойные ведра камер до туалетов и моек, промыли все и вернули. Арестантам первого этажа в наказание на несколько суток запретили прогулки, а ведра выносились ими, как правило, после прогулок.

Обратила внимание, что заключенные, несмотря на довольно жесткие запреты и окрики, и даже пару раз кто-то палкой получил по спине, тихо переговаривались между собой, сообщали друг другу последние новости.

Главными новостями, соответственно, были следующие: «дракошам» не дали увести попаданцев, непонятные попаданцы с иглами вместо волос оказались детьми, Голубую Ручку отстояли и она осталась здесь, значит, снова сможет лечить больных.

Я так понимаю, что эти новости с помощью пришедших хорошо разойдутся по всей тюрьме.